Дорис. Морские рассказы

Я здесь только спрашиваю и определяю Вашу пригодность для компании.

– Ну и спросите то, что спрашиваете? – Лавров нагло уставился на Газарова.

Газаров, наверное, такой борзоты не ожидал и, с интересом глянув на Лаврова, хмыкнул:

– Хорошо. Вот и спрошу. Если ответишь, то и дальше будем говорить, а потом смотреть твои документы. Ну, а если не ответишь, то извини. Они мне больше не понадобятся, – от этих слов Лавров напрягся. Вот сейчас всё и решиться. Сейчас разрешаться все его сомнения.

– И что же Вы закончили и в каком году? – издалека вежливо начал спрашивать Газаров.

– ДВВИМУ в 1974 году, – облегчённо выдавил из себя Лавров. Зато потом вопросы посыпались один каверзнее другого. И по СОЛАСу и по МАРПОЛу и по МКУБу. После примерно тридцати вопросов Газаров приостановил допрос и мирно сказал:

– Ну, что же. Жду Вас завтра с документами. Вам ещё придётся прочесть документы о политике нашей компании и отчитаться мне в знании и понимании их. А теперь вернитесь к Андрею Иванычу. Он Вас очень хотел видеть, – приподнявшись, Газаров пожал Лаврову руку и вновь уткнулся в свои бумаги.

– До свидания, – попрощался Лавров и вернулся в приёмную Молчанова.

Секретарша так же любезно открыла дверь кабинета и пропустила его.

Андрей Иванович сидел за столом. Он уже не поднялся, а только посмотрел на Лаврова, но также дружелюбно проинформировал Лаврова:

– Ты понравился всем нашим. Так что приходи завтра к девяти. Побеседуешь с экономистами, суперинтендантами, а потом поедешь в круинговую компанию, чтобы подписать контракт.

Лавров был ошарашен. Без него, его же и женили. Вот это да!

Видя такое непонимание, Андрей Иванович недовольно произнес:

– Ну, что тут непонятного? Что тебе искать ещё чего-то лучшего? Ведь всё же нормально!

– Да нет. Не очень-то и нормально. Это всё на словах. Вот ты мне говорил про пять тысяч. Это реально? – Молчанов при этих словах отвёл глаза в сторону. – Так сколько будет моя зарплата? – напрямую задал вопрос Лавров.

– Да будут тебе твои пять тысяч.

– А переживаю я в основном за то, что у моей жены обнаружили в груди какое-то уплотнение, – начал спокойно объяснять Лавров, – взяли пункцию для анализа и будут определять нужна ли ей операция или нет. Вот это меня волнует больше всего. Вот почему мне нужен контракт на срок не больше шести месяцев. В любом случае я должен быть дома в августе – сентябре.

– И это тебе будет. Шесть – так шесть.