Истребление монстров. Для слабаков

Поднявшись на крыльцо, Амалия сорвала полицейскую ленту с дверного проема. Внутри пол был покрыт толстым слоем пепла и черной трухой, хрустевшей под ногами. От части стен не осталось ничего, кроме опор, на других висели клочья обугленного гипсокартона. Краска отслоилась, все было покрыто сажей и лужами от бесконечных декабрьских дождей. Отвратительно пахло гарью и влажным углем.

Амалия уверенно шла – из прихожей в вестибюль, мимо парадной гостиной, где я когда-то подслушала разговор дяди Джека с его деловым партнером Клодом.

Не избежал пожара и кабинет дяди Джека. Его письменный стол почернел и обгорел, бумаги превратились в золу. Упавший на пол монитор разбился. Я посмотрела туда, где стоял раньше компьютер – и увидела лужу въевшегося в пол оплавленного пластика. Но системного блока не было. Должно быть, его забрал ОМП (хотя, учитывая то, в каком состоянии находилось все остальное, им едва ли удалось восстановить хоть какие-то данные).

Ящики картотеки были выдвинуты, но их содержимое казалось нетронутым. Интересно, почему следователи ОМП ими не заинтересовались. Все стало ясно, когда Амалия попыталась вытащить одну из папок. Картон рассыпался в ее пальцах, и превратился в горстку пепла на полу.

– Вот черт, – пробормотала она.

Мое сердце замерло.

– Они все такие?

Мы проверили все, ящик за ящиком, но записи дяди Джека были уничтожены без возможности восстановления.

– Полный облом, – вздохнула Амалия, когда мы вернулись в холл. – Я понимала, что надежды мало, но все же.

– У тебя есть другие идеи? – Я вытерла испачканные золой руки о джинсы. – Дядя Джек ни разу не связался с тобой за эти шесть недель, так что, судя по всему, он этого и не планирует делать.

В день, когда сгорел дом, дядя Джек сбежал. Амалия была уверена, что он добрался до безопасного убежища и скрывается, но, по непонятным для нас причинам, до сих пор не связался с собственной дочерью.

Лично мне было плевать, увижусь ли я когда-нибудь снова с дядюшкой, но у него, скорее всего, был гримуар моей матери.