Бессмертный огонь

Обязательно им это припомню попозже.

Эми устроила голову у него на плече. Касание его ладони успокаивало, пусть тело болело от усталости, ожог пульсировал, а ноги ныли от беготни по камням в одних носках.

Перед глазами вновь возник образ того, как меняется лицо Широ и его место занимает Инари. Как древние глаза пронзали ее до глубины души. Что он в ней видел? Что искал?

– Широ, что… – Эми умолкла, утратив смелость. Она боялась спрашивать, помнил ли он, как встал перед Аматэрасу, будучи Инари. Или забыл, как все те разы, когда на миг наружу являлось его прежнее я?

Его плечо напряглось, и Эми подняла голову.

К ним приближалась Узумэ, следом за ней скользил Юмэй. Сусаноо остался у пня, приглядывать за Сарутахико.

Широ отпустил пальцы Эми и напрягся еще сильнее. Богиня опустилась перед ними на колени, а потом без слов заключила Широ в крепкие, сердечные объятия. Он прижал уши к голове и отвернул лицо, не отталкивая Узумэ, но и не шибко радуясь подобной близости.

– Инари, – тихо произнесла Узумэ.

 – Как же давно мы не виделись.

Она выпустила Широ и негромко рассмеялась, завидев его недовольное лицо.

– Не беспокойся, мой дорогой лис. Сусаноо поведал мне, что ты утратил память. Я не буду больше терзать тебя объятиями, пока ты не вспомнишь, что вполне с удовольствием принимаешь мою материнскую привязанность.

Его уши, даже раненое, еще сильнее прижались к голове, а сам Широ в кои-то веки потерял дар речи.

Узумэ обхватила ладони Эми, ее золотые глаза сияли теплом.

– Дитя мое, я не могу передать всю благодарность словами. Даже отправляя тебя в путь, я боялась, что все тщетно. И вот ты здесь, и ты вернула моего возлюбленного.

– Простите, что так долго, – пролепетала Эми, краснея от похвалы из уст куницуками.

– Времени еще достаточно. Его ки уже пробуждается, вскоре проснется и он. – Узумэ скользнула ладонью за пояс оби. – Но прежде позволь мне унять твою боль. Открой рот, дитя.

Эми удивленно моргнула и неуверенно послушалась.

Узумэ извлекла маленький сияющий лепесток, приложила его к языку Эми – и у той во рту расцвела сладость. Через несколько мгновений Узумэ забрала лепесток. Эми облизнула губы, жаждая получить еще божественной сладости и понимая, что лишняя капля сильной исцеляющей магии способна стать для ее смертного тела убийственной.

Узумэ повернулась к Широ.

– Твой черед, Инари.

Он упрямо сощурился, но отказаться не успел – богиня протолкнула лепесток меж его губ.