Священный путь. По следам «Пира»

Последние слова, произнесённые жрецом, а особенно интонация, с которой это было сказано, заставили девушку невольно поёжиться. Стараясь изо всех сил сохранять спокойствие, двигаясь на ощупь вдоль каменной стены, она направилась к тайному выходу из крепости. Прислонившись головой к холодному камню, княжна почувствовала, как царящий холод и мрак проникают во всё её существо, наполняя его ощущением безысходности. Не найдя лучшего выхода из сложившейся ситуации, Тамира взмолилась богам о даровании ей хотя бы небольшого перерыва и возможности смириться с происходящим.

Наконец, выбравшись из тёмного лабиринта, девушка ощутила, как давящая неизбежность будущего рассеялась вместе с мраком подземелья. С улыбкой подставив лицо утреннему солнцу и нежась в его тёплых лучах, она внезапно почувствовала острую необходимость на время уехать. Сбежать, дать себе возможность без свидетелей осмыслить случившееся, а уж потом, если так будет угодно свыше, предстать пред братом и неизвестностью.

– Что с вами, княжна? – спросила Агнушка, ожидавшая Тамиру в её комнате.

 – На вас лица нет!

– Агнушка, пожалуйста, не говори брату о том, что я знаю о его приезде, и приготовь мне одежду для верховой езды.

– Хорошо, княжна, – сказала перепуганная девушка, однако от растерянности не смогла сдвинуться с места, по-прежнему продолжая молча сверлить Тамиру непонимающим взглядом.

– Да очнись ты! – схватив помощницу за плечи, прикрикнула княжна. – О, Агнушка, да что с тобой?! Умоляю: перестань смотреть на меня как на безумную! Мне просто срочно нужно уехать.

Нет времени всё объяснять. Расскажу, когда вернусь.

Возбуждённое состояние Тамиры передалось Агнушке, и она засуетилась, доставая любимую одежду княжны и роняя всё на своём пути.

Уже через несколько минут Тамира вошла в конюшню – по-прежнему бледная, но полная решимости. К счастью, там в этот момент никого не оказалось. Ловко вскочив на коня, девушка вихрем поскакала прочь от настоящего.

***

– Где Тамира? Ты точно не видел её? – Голубые глаза Аскольда вот уже двадцать минут метали искры, обращённые на конюха, в тщетных попытках добиться чего-то похожего на внятный ответ.

Но тот лишь растерянно пожимал плечами: Тамиру он не видел со вчерашнего дня. Постепенно паника и дикий страх за жизнь сестры уступили место раздражению, и Аскольд жестом нетерпеливо отослал всех собравшихся прочь. Слуги, так или иначе имевшие отношение к его сестре, один за другим стали понуро покидать комнату.