Лысая

 – То, что долги возвращаешь – молорик, ценю. К июлю для тебя работа найдётся, так что на то время пока что ничего не планируй.

– Понял, – кивнул Серёга, согласившись без раздумий. – А что за работа?

Девушка посмотрела на Пашку.

– Погуляй пока, Лысая. Мы побазарим.

Хотелось бы что-нибудь ей ответить, чтобы не залупалась – но Пашку остановило то, что это могло бы испортить таинственное Серёгино дело. Лучше вообще ни во что не вмешиваться. Она отошла, встав поодаль, опёрлась на забор и стала скучающим взглядом следить за парочкой.

И что у Серёги за работа такая? Впрочем, поморщилась Лысая, ей-то какое дело. Пусть работает где хочет. И всё же грызло, мелко грызло неумолимое любопытство, которое Пашка отгоняла всеми силами.

Спустя несколько долгих минут девушка опять подозвала её. Это начинало напрягать: она отдавала приказы таким уверенным и беспрекословным тоном, будто весь мир был у неё в подчинении. И Серёга – непринуждённый, будто бы вечно накуренный Серёга! – слушался её, и будто бы даже побаивался! Это вводило Пашку в ступор.

– Короче, слушай сюда, Лысая, – спокойно сказала она, скрестив пальцы рук и положив локти на колени. – Передай Останцеву, что пизда ему. Он поймёт, за что.

– А сама передать не можешь? – прямо спросила Лысая, нахмурившись: происходящее нравилось ей всё меньше и меньше. Сначала эта деваха приказывала ей, а теперь уже за что-то угрожала Киру. Конечно, ему было, за что угрожать, однако просто так оставлять это Пашка не собиралась.

Девушка взглянула на неё. Глаза у неё были голубые – но тёмные-тёмные, Лысая таких ни у кого не видела.

– Я сказала: он сам поймёт. Он рыпался на одного из наших – теперь пусть расплачивается.

– Слушай ты, – сказала Пашка, встав перед незнакомкой, – я знаю, что Кир косячит много, но передавать я ему от тебя ничего не стану. Просто знай: если с ним что-то случится – ты сама огребёшь по полной.

– Нам пора, Лысая, пошли, – сказал Серёга, поднявшись, и торопливо потащил её прочь.

Девушка на её слова почти не отреагировала, лишь внимательно смотрела ей вслед, а затем сказала негромко:

– Пожалеешь, Лысая.

Пашка собиралась ей ответить что-то ещё, но Серёга потащил её прочь с удвоенной силой.

Первые минуты обратной дороги они молчали.

Лысая обдумывала слова этой девушки про Кира.