Убить Еву

 – Можно задать вам несколько вопросов?

Угрюмо насупившись и вздохнув, Разумовский ответил вопросом на вопрос:

– Именно сегодня, именно в такой момент вам необходимо задать свои вопросы?

– К сожалению, необходимо, – упрямо ответил Ракитин.

Он остановился в двух шагах от них, немного удивившись про себя строгим и совершенно сухим глазам Воронцовой. Похоже, Галина Евгеньевна была единственной из присутствующих женщин, не проронившей над могилами безвременно усопших ни одной слезинки.

Действительно, железная леди!

– Георгий Иванович, вы не можете не замечать связи странных происшествий последних дней с руководимой вами лабораторией. Один сотрудник исчезает непонятным образом, второго убивают, третий разбивается на собственной машине. Как вы считаете, у вашей лаборатории есть враги?

Разумовский возмущенно сверкнул глазами:

– Что за бред? Какие могут быть враги у научной лаборатории?!

– Ну, вы же не станете утверждать, что в научном мире сплошь и рядом царят взаимное уважение и братская любовь? – ухмыльнулся Ракитин.

 – Бьюсь об заклад, что среди докторов и кандидатов наук есть и зависть, и ревность, и жадность, и ненависть. Высокие научные звания не отменяют обычных человеческих чувств. Так кто может иметь зуб на вашу лабораторию?

Разумовский пожал плечами и отвернулся, пряча глаза. Но тут в диалог вмешалась его спутница:

– Жора, ну что ты молчишь? Все слишком серьезно, чтобы стараться не выносить сор из избы!

– Галя… – Георгий Иванович хотел что-то сказать, но замолчал и как-то сдулся, наткнувшись на требовательный взгляд Галины Евгеньевны.

Не дождавшись ответа от шефа, железная леди повернулась к следователю и заговорила напряженным шепотом, стараясь, чтобы никто вокруг не услышал ее слова:

– Как вы знаете, в нашем городке под одной крышей работают две лаборатории, наша и сельскохозяйственной генетики. Второй лабораторией руководит доктор Стародубцев Николай Сергеевич.

Вон он, – она кивнула в сторону группки тихо беседующих друг с другом людей, ожидавших, когда за ними подъедет машина, – высокий, сутулый, в очках и с бородкой. Видите?

Ракитин кивнул, стараясь не рассматривать нового фигуранта дела слишком пристально.

– Так вот, этот Стародубцев шел за нами по пятам всю жизнь и дышал в спину. Он получил собственную лабораторию на год позже Георгия Ивановича и постоянно конкурировал с ним.