Три дня в родном городе. Повести

Так, – она подвела итог осмотру, – Ну губа-то у тебя точно разбита. А что еще – поглядим. Пошли.

– Куда?

– Ко мне. Оказывать первую медицинскую помощь.

– А родители?

– Мы им мешать не будем. Не могу же я бросить раненого.

– Ну, вроде я урон больший врагу нанес.

– Не хорохорься. Они убежали, и, надеюсь, далеко, а ты – мой пациент.

– Пошли, – я улыбнулся и почувствовал, что губа и, правда, ноет.

Мы поднялись на второй этаж и тихо зашли в квартиру. Вдалеке приглушенно говорил телевизор.

– Тссс… – сказала Ольга, – Они хоть под телик засыпают, но еще не спят.

Я снял куртку и шапку, и мы прошли в ванну. Ольга не обнаружила у меня серьезных повреждений, кроме губы, которую смазала какой-то противной и липкой мазью, и шишки на голове.

– Солдат к службе готов, – засмеялась она, – Хотя целоваться будет затруднительно, да и с головой теперь непонятно что будет. Ничего, до дома доберешься.

Мы вышли в прихожую, я прислонился к стенке.

– Тебе что плохо? – заволновалась она, – Что? Голова кружится?

– Не знаю, но стакан чая не помешает.

– Ох, что с тобой делать, иди в комнату. Будет тебе чай, – Ольга приоткрыла дверь комнаты, – Прячься здесь.

Я нырнул в комнату. Ольга зашла через пару минут, неся на блюдечке чашку дымящегося чая. Я сидел на диванчике в полутьме, постепенно глаза стали привыкать и я стал видеть силуэты какого-то шкафчика, стола, полок.

– Что свет не включаешь? Хотя правильно, конспирация, – Ольга слегка хихикнула, – Смотри, я тебе столик пододвигаю, здесь чай.

– Ага, – я взял чашку и глотнул, и сразу поперхнулся. Чай обжег язык. Не люблю горячего. Да и рассеченная губа дала о себе знать, – Секунду. Посижу, пусть остынет. Иди ко мне.

– Иду, – Ольга села рядом и я с какой-то обреченностью начал целовать ее. Губа болела, но другие чувства заглушали эту боль. Она сначала молча уклонялась, а потом начала отвечать и я, проигнорировав молнию, стал через голову стягивать с нее куртку от спортивного костюма. А потом… ну, как в фильмах, начали целоваться, а потом и все остальное случилось.

– Иди, – сказала она, не смотря на меня.

– Да? А чай?

– А что, без чая никак? Потом попьешь.

– А поговорить?

– Слушай, иди уж.