Девятый всадник. Часть I

Но потом решила, что герой явно заслуживает того, чтобы ему дали право голоса в моей книге. Поэтому повествование здесь ведется как от третьего, так и от первого лица. Вставки из записок графа Кристофа обозначены инициалами CR (так он иногда подписывал личные письма), и указан примерный год написания. Конечно, записи я передала не слово в слово, так как при художественном переводе на русский язык изменения неизбежны. Что-то мне не удалось разобрать. Но, надеюсь, я сохранила дух, стиль и смысл этих записок, не лишив повествование увлекательности.

12.2017

ЧАСТЬ I Служба в Черном

ПРОЛОГ

Его положили так, как кладут мертвых. Скрестили на груди руки. Острия шести мечей прикоснулись к его телу, и он ощущал холод их стали сквозь тонкий батист рубашки. «Отрекаешься от себя прежнего?»

«Отрекаюсь»

«Боишься ли смерти?»

«Не боюсь».

Несколько рук подхватили его под мышки и положили в каменный гроб, обитый изнутри темно-синим бархатом. Затем задвинули крышку. На миг стало страшно, но он помнил – бояться нельзя.

Он закрыл глаза. Ему было очень тепло и спокойно. Такого он никогда не испытывал… Никогда? Нет, что-то подобное было, но очень давно, может, в детстве. Или даже раньше…

Тут его пробудил яркий, слепящий свет. Крышку сорвали, и над ним наклонялись Рыцари, в белых плащах с алыми крестами. Их лица были скрыты масками. Сияние был нестерпимым… Да-да, и это вспоминалось ему… Тогда хотелось закричать, но он не мог, что-то тогда ему мешало, давило.

И сейчас тоже не получалось, но по какой-то иной причине, он не мог определить, по какой именно. Мечи Рыцарей – на сей раз всех двенадцати – снова скрестились на его груди.

«Восстань, брат наш, из тьмы к свету», – произнес один из них.

Ему помогли подняться, развязали руки и вывели на свет.

Так он родился для жизни вечной.

Так он вспомнил, как родился для жизни земной.

CR (1814)

Если приступаешь к собственноручным запискам, то надобно, как всегда, начинать ab ovo (с начала).

Так и поступлю, хотя, признаться, в романах и мемуарах эти эпизоды всегда пролистываю.

Я родился сорок лет тому назад, на двенадцатый год правления государыни Екатерины Алексеевны, поздней ночью с пятого на шестое мая, в имении близ Киева. По рассказам, погода тогда стояла совсем не весенняя, и за окном падал хлопьями мокрый снег, побивая буйный черемуховый цвет, появление которого, как известно каждому поселянину, предвещает возвращение холодов.