Записки разведчика. Книга первая

Она сидела дома на кухне и смотрела в одну точку. Из её глаз неслышно текли слёзы и капали на подол платья. Чтобы не вспугнуть её, я тихо подошёл к ней и присел на другую табуретку. Смотрел на неё и молчал. А она не обращала на меня никакого внимания. Мне было очень приятно сидеть вот так с ней и молчать.

– Пришёл посмеяться надо мной? – Неожиданный вопрос застал меня врасплох.

Я посмотрел на неё во все глаза и несколько секунд не знал, что ей ответить.

– Маша, я разве похож на того, кто может смеяться над горем ближнего?

Она вытерла пальцами слёзы, изучающе посмотрела на меня красивыми глазами и сказала:

– Нет, не похож.

Тогда зачем пришёл?

– Я пришёл извиниться за своё поведение перед тобой! Прости меня, пожалуйста! Мне трудно объяснить, что происходит на самом деле, да и не объяснить всего в двух словах. У нас с тобой ещё будет время для обстоятельного разговора, но сейчас ещё рано. Я обещаю тебе всё рассказать! Но немного позже. А пока пойдём на праздник! Так надо, понимаешь?

– Вадим, я ничего не понимаю! Почему? Ну, почему тебе нельзя просто сказать мне, что у тебя есть другая?

– Это будет откровенной ложью.

А я не обманываю никого, я не в состоянии никого обманывать.

– Тогда почему мы не можем быть вместе?

– Маша, своими вопросами ты разрываешь меня на части. Мне очень больно молчать, но и правду я сказать не могу тебе. Нам с тобой необходимо через пять минут быть в кругу танцующих! И мы там будем! Хоть бы мне пришлось тебя туда нести на руках!

Маша озорно улыбнулась сквозь слёзы:

– Я тебе поверю, если ты донесёшь меня до круга на руках!

Назвался груздём – полезай в кузовок! Я подхватил её на руки и бегом кинулся ко двору деда Игната.

От неожиданности Маша взвизгнула, уцепилась мне за шею и всю дорогу смотрела в мои глаза. Она смотрела на меня тёплым взглядом, потом прижималась щекой к моей щеке, потом отстранялась и покусывала нижнюю губку. Я чувствовал, как часто бьётся её сердце рядом с моим! Я прижимал её к груди и больше всего боялся споткнуться.

Добежав до калитки, я хотел поставить Машу на ноги, но она обняла очень крепко мою шею:

– Нет! Кто обещал донести меня до танцевального круга и поставить в его центре?

Я внёс её на руках в центр круга танцующих и поставил на ноги. Маша тут же обвила мою шею крепкими руками и прильнула сладкими губами к моим губам. Музыка тут же умолкла, и все с восхищением смотрели на нас. Я не отстранял от себя это изъявление любви Маши.