Дочки-матери

– Подружка меня с толку сбила, – пробормотала собеседница, опустив глаза и водя пальцем по трещине на клеёнке. – Посёлок маленький, женихов нет. А мне уж двадцать третий годок пошёл, соседи насмехаются, мол, перестарок. Родители старые, хворые, говорят, хоть бы замуж вышла скорей, зять бы сараюшку поправил. Ну и Нинка подбила меня: пойдём да пойдём в гости.

Дальнейшее повествование было таким стандартным, словно плохо написанная книжка или дежурная статья в «Работнице». Аж скулы свело, как от неспелого яблока-зелипухи.

Попался Андрей на банальном застолье, видно, ошалев от своей мнимой взрослости да от количества дешёвого портвейна. Чего с девятнадцатилетнего курсантика взять? Но эта курица хороша! Лишь бы под кого, чтобы только замуж выйти. Добро была бы девчонка несмышлёная, а то двадцать два года и такая бестолочь! Наталья слушала хмуро, губы поджала, сигарету закурила в комнате, даже разрешения не спросив. Галя и не возмутилась вовсе, только форточку приоткрыла и вновь залепетала протяжным своим голосом, заискивающе глядя на гостью. Наташа чувствовала, что Воронцова откровенно её побаивается, лебезит. Ну и пусть! Она всегда придерживалась принципа: «боятся – значит уважают». Хотя от этой снулой рыбы ей любовь и уважение без надобности. Если бы не Люська, сроду такое завидное знакомство не продолжила. Вот размазня! Ума не хватило прижать парня как следует, ни пригрозить письмом в училище, ни в суд подать. Дура! По всему выходило, что ушлая её подружка преспокойно замуж вышла и не по залёту, а по-людски, а эта так и осталась при пустом интересе. Андрюшка тоже хорош! Это рядом старшей сестры не было, сказать стыдно, но узнай она про гулянку, не постеснялась бы ремня ему дать хорошего, начисто бы про девок забыл. Наталья вздрогнула, словно очнулась. Что она, с ума сошла, что ли? Мысли какие-то идиотские. Да пусть бы братишка был бабником или пьяницей последним, лишь бы живой. И она вновь мысленно ополчилась на Галю. И не Андрюша виноват во всём, он пацан был совсем. Ишь удумала, напоила дурачка, уложила в койку – и на тебе свидетельство о браке. Не такая уж она и дура, а совсем напротив – проныра корыстная. Но, поостыв, Наташа и сама понимала, что проныра из Галины никакая. И злиться на неё равно как на плюшевого медведя. Сидит, глаза пустые, нажми на живот – и услышишь монотонное «бэ-э-э». Ну как бы там ни было, в проигрыше оказалась именно эта поселковая посягательница, а не брат.