Лучший тренер Европы

– До дна пить тем, кто не пьяница, необязательно!

Но было поздно, молодые тренеры, не знавшие фирменной шутки тамады, выпили до дна. До дна выпили и несколько опытных тридцатилетних тренеров, действительно любившие зеленого змия сверх меры. Пожилой худой до костей, с впалыми щеками, Армен Казарян, вернувшийся к тренерской деятельности после пятнадцатилетнего перерыва, ужаснулся: «Слюшайте, рыбята молодые, как можно водку стаканами полными пить. В наше врэмя так никто не дэлал!» Его друг и старший тренер полный, представительный и элегантный грузин Иосиф Чеквитадзе тоже неодобрительно покачал головой, обращаясь к работающему с ними в Стаханове Геннадию Гунченко: «Ты хэрэшэ рабэтэешь, но так пить нэльзя.

Сопьешься выгэню!» Геннадий, похожий на артиста Збруева, смотрел на него глазами грустного клоуна и с виноватой улыбкой: «Не сопьюсь! Коллектив не даст! Коля, налей еще!»

Степан Павлюков много водки не пил никогда до этого. Но стакан по команде опрокинул. Возникла реальная угроза опьянеть до соплей, до пьяного словесного поноса и позора… До полного падения! Мордой пьяной в винегрет! Вкус водки сегодня ему неожиданно понравился как никогда, поэтому опрокидывал стакан он лихо и со смаком, чувствуя на себе испытывающие взгляды старших коллег.

Но потом в голове зашумело, стало весело и захотелось рассказать, как он всех уважает. Выручил Геннадий Гунченко, имевший привычку после первого стакана рассказывать о своих подающих надежды учениках.

– -Посмотрите завтра на мою девочку на стометровке баттерфляем! Гибкая, ноги хлесткие, бедра с мой кулак, плечи как у Степана, всех сделает!

Котов смотрел на него пристально, с деланной серьезностью.

– -Говоришь, плечи как у Степана?!Степа, подойди сюда!

Павлюков, собрав всю волю в кулак, вышел в центр комнаты. Николай подошел к нему, прищурился, примериваясь, и подмигнул компании.

– Ну и плечи! Скорее всего, это не девочка!

– Степан не девочка, я и без тебя знаю! – возражал вяло Гунченко.

Котов смотрел на него сурово, только ямочка на его гладко выбритом подбородке почему-то дергалась…

– -Да и я знаю, что Степан не девочка совсем, в душе сегодня с ним мылся.

Я говорю, что девочка твоя не девочка совсем!

Гунченко покраснел, но пошел в контратаку.

– Ты что ее проверял? Я не проверял, ей 18 лет всего!

– В том то и дело, что я не проверял, а проверить нужно и не мне, а всем нам! – заявил бесцеремонно Николай Петрович.

Геннадий Гунченко выглядел испуганным, но не сдавался.