Бетонная серьга. Рассказы не только из архитектурной жизни

Точность расчёта такова, что хромоногий калека успевает в час пик обойти все машины на этой линии, а движение здесь очень оживлённое. Я заметил, что даже хромота у него «правильная»: левая нога как у кавалериста выгнута наружу, так что стопа в естественном своём положении находится не слева от центра тяжести, а точно под ним. Идя слева от дороги по ходу движения, он несет тело над бодюром, оставляя тем самым больше места обгоняющим машинам. Когда же он идет лицом к движению, он менее компактен, но и ситуация уже не столь критична.

Я следил за ним с интересом долгие месяцы. Он тоже меня помнил. Поначалу приходилось закрывать окно при его приближении, но потом он избавил меня от этой необходимости, равнодушно проходя мимо. За всё это время он совершил только одну ошибку, отсрочив свой тридцатисекундный отдых на несколько секунд и продолжив идти спиной к движению, когда уже загорелся зелёный, и машины тронулись.

…Никакого нарушения с моей стороны, лишь допустимое отклонение влево в пределах проезжей части… И я одержал победу.

    Декабрь 2002.

Цирк

– Слышь, Толстый, одевайся скорей, есть халтура!

– Что на сей раз?

– Цирк.

– Цирк?

– Давай, шевелись, там гимнасточки, акробаточки…

– А нам-то что надо делать?

– Рабочие сцены, оплата после каждого дня.

– Поехали!

Ехать пришлось далеко – в «Сердце Хайфского залива», где располагался гастролировавший по Израилю цирк шапито. Погода стояла по-израильски зимняя, то есть дождь, сильный ветер, кругом разливанные лужи, как следствие забитых канализационных стоков.

На подъезде к означенному месту я еще из автобуса глазами стал искать главный ориентир цирка – купол. Почему-то купола не было, наверное из-за дождя я совсем дезориентировался в пространстве и гляжу в неправильном направлении.

По прибытии на место выяснилось, что купола я не нашел по другой причине – он рухнул и накрыл собой трибуны, и сооружение напоминало развалины древнегреческого театра.

Дождь немного утих, и мы с Альбертом присели на одну из ненакрытых брезентом трибун курить. Ни души. Через полчаса к нам присоединился забуханый мужичонка – работник цирка, который и пролил свет на ситуацию.

По бухалову брезент натянули плохо, и он рухнул до окончания гастролей. Все циркачи уехали.