Памяти Пушкина

Памяти Пушкина

Леонид Александрович Машинский

Настоящая подборка стихотворений целиком посвящена светлой памяти величайшего русского поэта. Автор из всех сил старается продолжить магистральную солнечную линию в отечественной поэзии, намеченную Александром Сергеевичем, и как бы дописать то, что сам Пушкин имел в виду, но не успел или, может быть, забыл воспроизвести.

***

Представить я хочу, что у тебя внутри:

Какие соловьи? Какие снегири?

Там реки и моря, леса и города –

Увы, я не могу никак попасть туда.

А ты – всё время там, увы, совсем одна,

И смотришь на меня как будто из окна;

И хочешь улететь – да не разбить стекла…

Ах, если бы я мог. Ах, если б ты могла.

Ожидание любви

Есть в городе большом один заветный дом,

А в доме том большом – заветная квартира.

Я был когда-то там, но я забыл о том –

Лишь тлеющий намёк – как из иного мира.

Я приходил туда, я жил, я ждал. И вот

Ты появлялась вдруг, и исчезала снова.

И было ясно мне, что брать нельзя в расчёт

Ни жеста твоего, ни сказанного слова.

Всё грёза, всё тщета. Лишь в зеркалах ловил

Я изредка твой взгляд. В нём – лёгкое волненье,

Сочувствие, и всё. Но мне хватало сил –

Чтоб не бежать вослед – впадать в оцепененье.

Ты каждый раз легко бросала кров, взамен

Себя, давая мне пустое помещенье.

Вдыхая аромат от мебели и стен,

Я как бы наяву вступал с тобой в общенье.

Никто не гнал меня неделями. Сюда

Я возвращаться мог с прогулки и с работы,

Нося в кармане ключ.

Живя в чужом дому, и я не знал заботы.

Я счастлив был почти, поскольку точно знал:

Когда-нибудь опять ты через эти двери

Войдёшь, и я вернусь к началу из начал,

К затерянной в быту, но не умершей, вере.

Я здесь, я жду тебя. Надежды больше нет.

Но есть твои следы остывшие… И всё же

Во глубине моей любви не гаснет свет,

И прошлое на сон и на мечту похоже.

***

В дебрях солнечного дрока,

Где купаются шмели,

Так легко и одиноко

Отрываться от Земли.

Можно сразу стать свободным,

Если твёрдо выбрать путь –

Полетишь куда угодно,

Стоит почву оттолкнуть.

Студит ногу, греет око

Белоснежный минерал.

Так легко и одиноко

Я давно не умирал.

***

Что ты слышишь теперь в этом снежном хрусте?

В протяжном звоне металлических струн?

Когда не останется ничего кроме грусти,

Мир снова станет восхитительно юн.