Русская сага. Свобода. Книга третья

До аварии на Чернобыльской АС рыбы в реке было больше, и к её приезду её жарили аж на двух огромных сковородках, а потом торжественно поедали за круглым столом в светёлке. Долгое время это было традицией, и Володя постарался её поддержать, чтобы торжественный обед и радость от встречи не изменились. Всем хотелось забыть, что большой мир перевернулся, а их маленький мир отравлен радиацией навсегда. «И всем казалось, что радость будет, что в тихой гавани все корабли…», и Ина в такие моменты всем своим видом старалась показать родителям, «что на чужбине усталые люди (дети) светлую жизнь себе обрели»[7 - Блок А.

Ина вспомнила, как зашла в горницу, где ворковали на диване мама и брат, посмотрела на них и поняла, что оба снова разжалобили друг друга до слёз. Это уже становилось традицией. Тоска сдавила горло. Святые угодники, разве можно вечно жить в таком состоянии, словно в сравнении с ним Иисус на кресте отдыхает? Даже у него оставалась надежда на Отца Небесного.

Дочь брата поправилась, внешне – кровь с молоком, красавица. И замуж выйдет наверняка, и ребёнка родит. Вадик выше отца на голову и шире в плечах вдвое. Если бы не слабость самого брата к рюмке, можно было уже улыбнуться и поблагодарить Бога. Но нет, сидят сиротами, в глазах вся скорбь мира. Сесть рядом и поплакать вместе, добавив до кучи и свои печали? Легче от этого никому не станет.

Лучший способ избавления от мрачного настроения, чему Ина давно научилась, это вырабатывать свой внутренний свет, иначе во мраке можно утонуть, так и не дождавшись восхода солнца на своем горизонте.

– О чём печалимся снова? – спросила Ина маму и брата. – Может порадуемся тому, что мы сегодня здоровее, чем будем завтра? Поэтому, пока можем ещё держать в руках карты, начнём в них играть! – предложила она, вызвав у обоих любимых страдальцев улыбку.

Она сдавала карты и думала о том, чтобы когда-нибудь рядом с ней появился человек, который умеет лечить смехом. Если бы ей помогал избавляться от стресса алкоголь, как помогает брату, а не усугублял его, то кто знает… Было время, когда она поднимала себе настроение, выпивая бокал сухого вина, пока поджелудочная железа не возразила.