Говорит Москва

Мне нужен в эфире народный хрип, рёв, вой… Где Лобов?

– Рожает, – сказал кто-то, и по кабинету, где сидели все сотрудники, пробежал нервный хохоток.

– Рожает? Всё ещё? – гендир резко сменил темпоритм и вернулся в бархат, но теперь угрожающе ласковый. – Мне кажется, он давно родил. И не он, а Зоя. Почему его нет? Что это: саботаж, измена, заговор?.. – он внимательно оглядел присутствующих.

– Кондрат Эдуардович, вы разрешили ему три месяца сидеть с младенцем и приезжать только на эфиры… – извиняющимся, как будто исчезающим шепотком доложил помощник гендира.

– У нас вопрос жизни и смерти, а он отсиживается с младенцем?! – недоумевал бархат. – Он, этот бабник лобненский, отец-одиночка, что ли? Они с Зоей – нищие? Не могут няньку нанять? На повестке дня жесточайшая оптимизация, увольнение каждого десятого без разбора. Непременно передайте Лобову, что я вне себя, – грозно отнёсся гендир к помощнику. – Это значит, что очень скоро он может оказаться вне коллектива! – и вдруг взревел: – Нас на бабу променял?

– У него мальчик, – уточнил помощник и сделал вид, что это сказал не он, а кто-то другой.

– То у него девочки были на уме, а теперь – мальчики?

Далее гендир перешёл на сокровенный, философский шёпот:

– Лобов и все вы каждую минуту, каждую секунду своего существования должны думать об одном… Да, когда вдыхаете смог и выдыхаете перегар, набиваете свой желудок холодными котлетами или тёплой окрошкой, нюхаете кокаин, вступаете в беспорядочные половые связи, покупаете тачку, сидите на толчке, спите, рожаете, гуляете с вашим выводком, должны думать об одном! О чём?

– О родине, – тихо пошутил кто-то.

– О рейтинге! – перешёл на визг гендир. – С которым мы – в заднице! В то время как должны надрать её нашим конкурентам. Всем, начиная с уважаемого «Ахарбата»! И потому нам нужен народ. Народ! Передайте Лобову, чтобы он из-под земли достал мне русский народ и привёл его в студию. Мне нужен настоящий совок! Суперсовок! Так и передайте ему!

– Передадим.

– Всё! – мощно завершил летучку гендир. – По коням!

Гагарин или смерть! Пленных не брать! Все свободны!

Потрясённые работники радиостанции выходили из кабинета генерального директора, трепеща и перешёптываясь:

– Концепция поменялась.

– Опять.

– Левый поворот?

– На сто восемьдесят градусов.

– То дайте ему креативный класс, Собчак, Пепперштейна, то – Гагарина, совок и русский народ…

– В Кремле его вчера в угол поставили, вот он и бесится.