Рев молодого дракона

Кровь дракона, чтоб мир содрогнулся до дрожи,

Только ведьма его будет с ним навсегда!

«А на часах уж двадцать три нуль три…»

А на часах уж двадцать три нуль три,

Струится ночь, будто волокна шелка,

И пара фраз, уколют, как иголки,

Сиянье звезд до утренней зари.

Солнцеворот. И капище искрится,

И Древний Бог желает жертвы кровь,

Ему незнама ведьмина любовь,

И новый взгляд, что на весь мир струится.

Нет, вы подумайте, над городом дракон

Взмахнул крылом над маленькой кофейней,

Еще бы он пошел за чашкой с пенным,

Когда солнцеворот проник в метро.

Людей вокруг пугает карантин,

Великий пес простить не может разрушений,

Возникших от надуманных свершений,

И приговор его для всех один…

Но род людской, как юная стихия,

Что сизым ветром встала у ворот,

Крылатым Хортом, что, расправив крылья,

Склонился повстречать солнцеворот.

А ведьма знает древние законы,

Что нашептала ей сама земля,

Две струйки крови: ведьмы и дракона

Сплелись с искрой живого алтаря.

«Поговори со мной, поговори!..»

Поговори со мной, поговори!

Лучом заката или восхода всплеском.

Волненьем ветра из-за перелеска,

Дыханьем ночи заспанной земли.

А если вдруг захочешь помолчать,

То затаись, как небо перед громом,

Прикосновеньем бриза незнакомым,

Ты скажешь все, что хочется сказать.

Можно шептать, стесняясь громких слов,

Или уйти, так и не дав ответа,

И, как Содом, укутаться запретом,

Запретом разжигать свою любовь.

Души моей владелец Сатана,

Но в каждом сне целую твою руку,

Я улыбнусь, превозмогая муку,

Судьбы моей смертельная весна.

Вчера

Это было вчера, как весенние ночи,

Как прошедшая жизнь и нелепая смерть.

Я устало гляжу в эти дивные очи,

Что влюбится лишь раз я решился посметь.

Я приду за тобой сквозь сознанья пещеры,

И свеченьем луны буду нежно ласкать.

Я проклятый дракон, можешь звать Люцифером,

Что решился в объятьях тебя оплетать.

Падший ангел, о, да, соблазню духом ветра,

Все отдам только б быть на секунду с тобой.

И не нужно иного мне в жизни ответа,

Кроме фразы, что ты будешь рядом со мной.

Мы проклятые, пусть, дети грешные Бога,

Только нас создал он, чтобы жить в этот час.

Бог-Отец заложил нам с тобою дорогу,

Где сквозь отблески ночи свет твоих виден глаз.

«Разгулялась нещадно гроза…»

Разгулялась нещадно гроза,

Небо напрочь дождем застилая.