Закон семьи

Ошарашенная Хульда покачала малыша, а затем вложила ему в рот мизинец – и маленькие, безукоризненный формы губки, сомкнувшись, начали увлеченно посасывать.

Умиротворение распространилось по тесному помещению.

– Можно войти? – донесся от двери голос.

Цви стоял рядом со стопкой полотенец в беспомощно опущенных руках. Он словно боялся быть отвергнутым.

– Проходите, – пригласила Хульда. – Вот ваш сын.

– Эйнгль, – благоговейно вымолвил он, протягивая руки.

Внезапно, словно призрак, в каморке возникла Рут Ротман.

– Дай мне ребенка, – скомандовала она и, отобрав у Хульды младенца, недоуменно осмотрелась. – Чем ты тут занималась? – спросила она невестку. – Экзорцизмом? Зачем вся эта грязь и сажа на полу? Тебе придется одной все отдраивать, клянусь.

– Мама, перестань, – вмешался Цви и слегка подтолкнул ее к выходу. – Отправляйся с ребенком в комнату, я останусь здесь. – Он опустился на колени рядом с женой. – Тамар, – шепнул он, отодвигая прядь волос с ее мокрого лица. – Как ты себя чувствуешь?

Она медленно кивнула, чисто машинально, как показалось Хульде.

Ее красивое лицо снова исказила боль.

– Отходит послед, – проговорила Хульда. – Цви, вам лучше подождать снаружи.

Она знала, что в еврейских семьях не принято смотреть на жену во время родов. Это считалось нечистым. Послед относился к родовому процессу и в среде акушерок, которые только после его отхождения поздравляли новоиспеченных родителей.

Цви робко прокрался в коридор, и Хульда убедила Тамар, что надо поднатужиться в последний раз.

Крупный орган, который многие месяцы питал ребенка в материнском чреве и теперь отслужил свое, она поймала в полотенце, принесенное молодым человеком. Послед был зрелищем не для слабонервных, поэтому Хульда прикрыла его, а затем погладила Тамар по голове.

– Ни одного разрыва, – сказала она. – Мне не нужно ни зашивать, ни обрабатывать раны, ничего. Вы образцовая роженица, Тамар. Или, лучше сказать, Анаит?

Едва уловимая улыбка скользнула по лицу изнуренной женщины.

– Можно я посплю? – спросила она.

 – Я так устала.

– Прежде я вас немного обмою и помогу переодеться в сухое, – ответила Хульда, – а потом принесу вам ребенка. Матери и сыну в первые часы после родов важно познакомиться поближе и привыкнуть друг к другу, несмотря на то, что такой кроха в первый момент вызывает страх.

Тамар взглянула на нее, горестно смеясь.

– В крохе меня ничего не пугает, – сказала она. – Он такой маленький, такой невинный. Но я боюсь любви.