Юноша, женщины и пёс Юрик

Но почувствовав, что пальцы Пети совсем осмелели, тихо, сквозь прерывистое дыхание, предупредила:

– Осторожнее… руками… Я же девушка!

– Ну, так надо это исправить! – предложил он в запале нахлынувших эмоций и ощущений.

– Исправляй! Ох! Если не ты, то кто?!

И Петя потянул ее трусики вниз. Ксюша чуть приподняла спину, и они беспрепятственно заскользили по ногам, но где-то на уровне коленок она ухватилась за них и прервала этот процесс, как будто вспомнив что-то:

– Подожди! Обещай, что там, в Сибири, ты не будешь мне изменять!

Петя изумился и задумался.

Он как будто очнулся:

– Ксюш! Ну с кем я тебе могу там изменить? В нашей экспедиции три взрослые тетки, две из которых при мужьях! А в дикой тайге за кем мне ухаживать? За медведицей? Если только я там с Красной Шапочкой или Золушкой не повстречаюсь! Ха-ха-ха!

– Ну, хорошо, тогда обещай, что когда вернешься, ты на мне женишься! Особенно если я забеременею!

Петя задумался еще больше. Такой прагматизм девушки вернул его с небес на землю.

«Так, – подумал молодой человек. – Вот он, капкан! Передо мной сияют все ее прелести, и у меня нет сил отказаться от обладания ими. Сейчас я скажу да, она отпустит штанишки, и… я превращусь в почти женатого человека. Но, может, это и есть тот вариант, когда синица в руке лучше, чем журавль в небе?»

– Обещаю! – произнес Петр и тяжело вздохнул. Энтузиазм, владевший им еще минуту назад, улетучился. Он рассматривал с детства знакомую ему еще по играм в песочнице родинку Ксюши в виде кляксы на верху правого бедра.

А на левой груди была еще одна выпуклая родинка, которую он не раз нащупывал, забираясь рукой к ней за пазуху… Все было привычно и почти прозаично…

Став подростками, они, оставшись одни, часто затевали возню, не поделив какую-нибудь ерунду: Ксюша набрасывалась на молодого человека с кулачками, а он ее усмирял. В этой потасовке Петя не упускал возможности задрать ей юбочку, нашлепать по попке, взять ее за груди, крепко обнять, уложить или усадить к себе на колени. Ему нравилось видеть, как в глазах девушки при этом появляется туманная поволока и из агрессора она превращается в послушную ему пленницу.

Иногда она своей ладошкой останавливала руку Петра там, где ей были особенно приятны его касания, и начинала своей щекой тереться о его щеку или подставлять губки для поцелуя. И Пете без слов было понятно, как девушка к нему относится и что их ждет… Возможно, она даже недоумевала по поводу его нерешительности и устраивала провокации.