Лицей 2017. Первый выпуск

Познакомились пару лет назад, на одном из собраний. Оба в прошлом употребляли. Последние годы Назар работает в программе реабилитации для наркозависимых, а Ася – фандрайзером (вот это словечко!) в благотворительном фонде, который помогает людям с ВИЧ. Поговаривают, что оба этих проекта скоро закроют… Но ребята – оптимисты. Верят, что и дальше смогут помогать таким, как мы.

Я написал дежурное “Поздравляю!” к фотке с пинетками, и Ася тут же пригласила меня на выписку из роддома и праздник по этому случаю.

Прогуглив, памперсы какого размера положено покупать новорожденным, я двинулся к роддому.

У входа стоял Назар, поддерживая за локоть свою бабушку. Приехала она аж из Черновицкой области. Бабушка очень волновалась. Наверное, в такой степени, в какой в семьдесят лет лучше не надо.

– Может, это я её, внучку-то, в первый и последний раз вижу… Надо пока держаться, – повторяла бабушка.

– Тю, бабуся – говорил Назар. – Ты ещё Соломийку под венец проводишь…

– Под венец, – прошипела курившая рядом роддомовская акушерка и вдруг кивнула мне: – Слушай, ты же ведь их друг? Ну, этих, Музычко?.

. Знаешь же, что у них обоих болезнь неизлечимая, ты в курсе, какая… А они рожают… Тьфу ты!.. Ну ты-то вроде нормальный парень, дружишь с ними, почему ты им не сказал, ну куда вам, наркоманам, рожать?!

– Может, я им ещё должен был сказать: куда вам, спидозным наркоманам, жить на белом свете? Ведь, – я взглянул на её бейджик, – Юлия Иванова, акушерка первого родильного отделения, хочет, чтобы вокруг неё были только такие же юли ивановы, и больше никого…

– Придурок, – сказала Юлия Иванова и, смерив меня презрительным взглядом, удалилась.

Тут, наконец, вышла Ася. Спешно передав четыре килограмма кружев Назару, она бросилась целоваться и обниматься с друзьями и родными и улыбаться в несколько объективов разом. Говорю же – она у нас звезда… Моя Арина повторяет, что, “когда вырастет”, хочет быть как Ася.

Они зазвали меня к ним домой.

Сказали, что бабушка привезла с Украины “такое сало, которое быстро поставит меня на ноги”.

– Бабушка-то про ВИЧ в курсе? – шепчу я Асе.

– Ну, конечно, – смеётся она в ответ. – Бабуся! Ну-ка толкни нам свою ВИЧ-теорию.

– А? Шо то воно ваш вiрус? Не голод й не война – то е головне. Я голода не знала, дякувати Господовi Богу. А ось мати моя були казали, що ii леда чи не з’iли. Було iй двадцять рокiв в тридцять другому, вона на Киiвщинi жила.