Это однажды случилось (сборник)

Я ее пытать стала: где те, кто здесь четыре года назад жил? Она на меня как на чудачку смотрит и говорит:

– Ты бы еще через десять лет пришла в гости.

Я ей объяснила, как смогла, что документы на квартире оставила. Слово «документы» свое действие возымело, хоть и произнесено было явным лохом.

– Надо тебе к хозяйке квартиры обратиться, кажется, здесь ее родственница жила с ребенком.

Узнав адрес хозяйки, отправилась к ней. И опять по новой – кто, да что, да зачем, да может ли такое быть, чтоб документа четыре года не хватились.

На другой день, благо что воскресенье было, пошла по гостям, уже и не думая, хочется или не хочется, мне бы билет раздобыть. Меня узнали, правда, очень удивились и тому, что вспомнила о них, и тому, что отыскала.

– Мы, – говорят, – давно уже с той квартиры уехали, живем здесь, в частном доме. Вещи какие-то взяли, там вроде и твои тоже были, но где они…

Я стала просить вспомнить – мне очень надо, там же документы. Это магическое слово я уже специально вставляла, зная, что подействует, и мои знакомые согласились посмотреть на чердаке.

– Приходи, – говорят, – завтра, если что осталось, найдем.

Я пришла, но лучше бы сделала это четыре года назад.

– Нашли, как ни странно, твой билет. Среди детских книжек был заложен, – говорят, а сами стесняются чего-то. – Нашли-то мы нашли, но знаешь, здесь вот какая штука, – и протягивают мне билет. Я раскрываю его, и – о ужас! Такого придумать-то нельзя. На титульной странице моя маленькая фотография, в четырнадцать лет сделанная, а во лбу у меня ярко-алая звезда горит, и по всему билету эти звездочки разбросаны, просто звездопад какой-то.

– Извини, – говорят, – это Антон, когда маленьким был. Ты же знаешь, он тогда в тебя влюбился, так с ним сладу не было, отыскал твою фотографию и, как умел, разукрасил.

– Ладно, что ж теперь делать, спасибо, что звездочками красными, символика документу соответствует, если бы свастикой или еще чем-то, хуже было бы.

Поблагодарила я их, конечно, а сама не знаю, что ж мне теперь делать. Стереть нельзя, забелить тоже, лучше уж так оставить.