Дядя Паша

Дорога никак не кончалась. Она немного петляла, изгибалась, но была, казалось, бесконечной.

– Я уже устала, – сказала Зойка.

– Потерпи. Мы идём уже долго, скоро эта дорога должна кончиться. Она выйдет к берегу моря, прямо к деревне.

– Откуда ты всё знаешь?

– Я был там с отцом. Мы осенью ставили сети и собирали бруснику. Эту деревню основали ссыльные. Сталин раскулачивал зажиточных крестьян и высылал их на Север. Под эту гребёнку попадали не только зажиточные, но и те, которые почти ничего не имели.

Шло великое переселение с южных областей в наши северные районы для освоения богатств Белого моря. Постепенно люди перебрались в другие посёлки, а деревня Лопатка осталась стоять на своём месте, но только без людей.

– Чего же здесь люди делали?

– А то же самое, что и наши родители: ловили сёмгу, добывали морского зверя, заготавливали водоросли. Страна требовала этого добра всё больше и больше. Люди работали, можно сказать, даром, только за то, что они здесь жили.

Впереди деревья стали расступаться, обнажая заросшие травой поля.

Молодая зелёная травка ещё только пробивалась, поэтому поля были не зелёными, а грязно-жёлтыми.

– Вот и деревня! – воскликнул Пашка, – Мы шли совсем недолго. Видишь, стоят дома. Они для жилья уже не годятся. Без ухода, отопления и своих хозяев они просто гниют.

– Жалко! Это не один дом и не два, а целая маленькая деревня.

– Дорога здесь вышла на берег и дальше тянется вдоль моря по берегу до следующего посёлка. Отсюда будет километров тридцать, не меньше.

– Что-то я уже проголодалась.

– Сейчас разведём костёр и поедим. Ой! Я, кажется, не взял спички! У тебя есть спички?

– Откуда у меня могут быть спички7

– Ладно, обойдёмся без костра. Пойдём в какой-нибудь дом.

Дети долго пристраивали найденные доски для широкой лавки, чтобы удобно было сидеть. Пашка сел рядом с Зойкой, достал бутерброды и, неловко обняв её за плечи, стал угощать.

– А нельзя без обниманий?

– Нельзя, – серьёзно сказал Пашка, – Ты очень красивая и мне сильно нравишься.

Он притянул Зойку к себе. Запах её волос дурманил и не давал сосредоточиться на чём-то главном, что Пашка хотел сказать. Его губы беззвучно шевелились и только дрожь, пробегающая по всему телу, выдавала его волнение.

– Я тебя очень люблю! – прошептал он.

– Ты мне тоже нравишься, – так же тихо, боясь, что их кто-то может подслушать, ответила Зойка.

А дальше случилось то, что и должно было случиться.