Голоса богов. Книга вторая. Древние тюркские сказки

Поклонился он чинно, а потом и говорит человеческим голосом:

– С чьего позволения в лес мой вошли, траву мою топчете?

Долго не думал шахзаде, сказал – как отрезал:

– Ничьего нам разрешения не надо, иди-ка ты отсюда, пока я не велел своим воинам с тобой разобраться!

Удивился такому обращению Белый Волк, решил, что его не поняли, снова обратился к сыну падишаха с тем же вопросом. А шахзаде и его воины только смеются, не хотят из леса уходить. Разгневался Белый Волк, забормотал заклинание, потом дунул на солдат и сына падишаха – те и обратились в каменных истуканов.

Прошел год. Вернулись с учебы два средних сына падишаха. Узнали они, что матушка и старший брат пропали, загорелись пойти на поиски. Попросили они у отца благословения, а он их не отпускает. «Боюсь, что и вы пропадете», – говорит. День просили братья, два просили, месяц – наконец уговорили падишаха.

Взяли они по сто воинов на брата, припасов на год и отправились в путь- дорогу. Днем скачут, ночью мчатся, о том, о сем болтают, полами халатов дорогу подметают, с коней своих не слезают, луками-стрелами путь пролагают.

Распрягли коней, пустили их на травку. Сами шатры поставили, еды наготовили, сели отдыхать. Тут, откуда ни возьмись, Белый Волк.

– С чьего позволения в лес мой вошли, траву мою топчете? – спрашивает.

Отвечают ему два брата: «Зачем нам разрешение? Хотим и сидим! Так мы тебе встали и ушли, держи мешок!»

Рассердился Белый Волк, забормотал заклинание, потом дунул- плюнул, и превратились братья со своими воинами в каменных истуканов.

Прошел еще год. Вернулся домой с учебы младший сын падишаха. Узнал он, что мать его пропала, а вслед за ней и старшие братья, решил идти им на выручку. Пришел просить у отца благословение.

Не хочет падишах отпускать младшего сына.

– Один ты у меня остался, что я без тебя делать буду? – говорит.

Стал его шахзаде упрашивать. День упрашивал, месяц упрашивал, наконец, падишах, когда достало его до печенок, отпустил сына в дальний поход.

Отправился шахзаде в путь один – ни воинов не взял, ни провианта. Оседлал доброго коня и отправился выручать матушку и своих братьев.