Опыт боли и радости. Сборник стихов и миниатюр

Это уж как повезет,

как отмерено кем-то, согласно

небесной просроченной блёклой печати.

Дождь педантичный проводит нас

редкими каплями тихо,

впалые щеки кропя и как бы скрывая,

вдруг затесавшихся в строй

паникеров – соленые метки слезинок.

Эй, шире шаг,

кто там вспомнил родные поля, запевай,

пусть услышат нас те, кто нас ждет,

и кто верит —

мы снова обнимем их жарко

и скоро забудем километры кирзо?вые,

страх, смерть и ржавых бинтов

пригорелую корку,

и слякоть, и месиво будней унылых,

и гарь предрассветную снов

постепенно,

начинается степь и ползет серой лавой

и хочется свежего воздуха стопку,

расстегнув воротник гимнастерки

и крякнув, выпить до дна,

и хрустеть полминуты

соленым огурчиком мира,

и пойти налегке,

окунуться в горячий ковыль

и лежать, глядя вверх,

наблюдая секрет мирозданья,

ощущая всем телом готовность лететь,

одуванчиком вверх.

Начинается степь…

Город мой…

Мой город, и хмурый, и сонный,

Тебя я не то чтоб люблю,

Твоих электричек галдеж многотонный,

Где годы свои разменял по рублю.

Твоих площадей малолюдность,

Кафешек неспешный дымок,

И парков знакомую скудость,

Вокзал, что слезами намок.

Твою повседневную серость,

Истории каменный шаг,

Умов завезенную смелость,

И душ, сбереженный очаг.

Я все принимаю и помню,

Прощаю, чудес не ищу,

По улочкам грустным и сонным

Шершавый свой крест я ношу.

Все это, от первого плача

До зрелости, старости шока,

От радости до неудачи,

Вместилось в мгновение ока.

А был момент, когда казалось,

Настала новая пора,

Всё забурлило, разыгралось,

И будет всё не как вчера.

Мы просыпались, вспоминали

достоинство и честь,

Что есть на свете правда и счастье где-то есть.

Во все глаза смотрели, читали всё подряд,

До хрипоты сражались на кухнях до утра.

Весь день с трибуны – мысль и ложь, и хрень,

От слов свободы радостно и жутко,

Всё с ног на голову, наотмашь, набекрень,

Но всё по-прежнему: всё то же ухо чутко.

И так же, зрелищ надо нам и хлеба,

На том же месте истуканов строй,

Рука все так же мощно рвется в небо,

Сжимая страшный факел над собой.

Мы идеалы развенчали в шутку,

И вроде все путём, но рвется нить…

А где-то, друг мой вызывает проститутку, —

Не по тарифу, по душам поговорить.

Кто я такой – один из миллиона,

Чтобы тебя любить иль не любить?

Ты дал мне шанс, возьми назад с поклоном.