Кукольный домик для Ёжика

– Как прошёл твой день?

– По-дурацки, если честно, – бросила она, выруливая на дорогу. – Начала вести какие-то непонятные разговоры о Боге с незнакомым человеком…

– Ну почему же непонятные? Вполне прямой вопрос. И каковы у Иван Иваныча отношения с Богом?

– Отношения??? – она чуть руль не бросила, – как это??

– А шо такое? С Богом и отношений быть не может? – чётко изобразив акцент еврейской мамы, мужчина поправил невесть откуда взявшиеся очочки.

Она не выдержала и прыснула со смеху.

– Ну хорошо, кивнула она, – а какие вообще бывают?

– Бывают, как с отцом… Бывают, как с братом. Или как с возлюбленным. Тебе бы как хотелось?

– Точно не как с братом… Как с отцом, наверное. А что, даже как с возлюбленным можно?? А как это?

– А ты сама не знаешь? – улыбнулся её собеседник. – Когда у тебя есть любимый мужчина, то как это?

– Ну, я его люблю, он меня любит… Мы разговариваем обо всем, я с ним делюсь своими мыслями, он мне внимание уделяет, заботится… Обнимает…

В этот момент она почувствовала, как будто большие, сильные руки нежно, но крепко обняли её.

– Что это такое?! – взвизгнула она, полностью забыв о приятном ощущении, которое тут же и исчезло.

– Ангел твой тебя обнимает, – спокойно ответил мужчина, перекрещивая белую и темно-красную нити, провязывая узор, белую звёздочку.

–Ангелов не бывает! Чушь все это!

В его руках возник уже знакомый розовый блокнотик.

– Ангелов не бывает. Записано.

В этот момент у Инессы возникло ощущение, что кто-то большой, тёплый и невидимый, кто всё это время был в машине, исчез, оставив после себя вздох сожаления.

– Да что же это такое! И что вы там все время пишете?? И кто вы вообще такой?? – Инесса остановила машину, опасаясь появления ещё чего-нибудь непонятного и поэтому пугающего.

– Так мы вроде выяснили уже, кто я, – мужчина невозмутимо отсчитывал петельки, – а пишу я то, что ты желаешь. Ты с утра в зеркале у себя морщинки видела?

– Видела, – нехотя ответила Инесса.

– Ну вот, как сказала – так и есть.

– Ага, вот я сейчас скажу, что их нет – и они исчезнут, – сарказм был неприкрыт.