Истина в сумраке. Отражения зеркал. Том 2. Книга 4

Рус почувствовал, что он здесь лишний, и что это не его общество, он отвернулся, привстал со стула, чтобы потихоньку свалить отсюда, как вдруг кто-то взял его за локоть сзади.

– Пьешь? – спросил женский голос.

Рус обернулся и увидел перед собой ту самую даму, которая, по его мнению, была начальницей Феклы, протягивающую ему бокал с шампанским.

– Нет, – ответил он.

– За рулем?

– Да, – соврал Рус, хотя машины никогда не было даже у его родителей. Ему вообще казалось, что иметь машину – для него невозможно! Он никогда не мог представить себя за рулем.

– Жаль, – ответила начальница.

– Анастасия Петровна, – окликнула начальницу Фекла, – ведите его к столу.

– Ну, пойдем, – согласилась начальница, кивнув Русу в сторону столов. Рус пошел за ней. Фекла взяла со стола стакан и постучала по нему ложечкой.

– Всем, всем, всем! – сказала она. – Внимание!

Гул голосов стих.

– Так, выключите музыку, – снова сказала она своим строгим голосом.

«А со мной она говорит мягче», – заметил Рус.

– Всем внимание! У нас новый гость – мой новый знакомый и однокурсник – Ростислав Лимонов! Прошу любить и жаловать! – сказала она, потом добавила: – Ну, любить… – она сделала паузу, взглянув Русу в глаза, – не знаю как, а вот жаловать – жалуйте!

– А у меня есть подарок, – сразу сказал Рус, – только необычный – творческий. Я написал стихи. Вот, – сказал он, протянув Фекле свернутый пополам листок.

– Э, нет, так не пойдет, – раздались отовсюду разные голоса, – надо прочитать, просим.

– Да… просим, – сказал какой-то лысый мужчина в очках, как-то странно косившийся на Руса после того, как его Фекла всем представила.

– Да, прочти, – попросила она, повернувшись к Русу и улыбнувшись ему.

– Ну, хорошо, по просьбе большинства я прочитаю, – согласился он, развернув свой листок. – Написано сегодня, несколько часов назад, – сделал он такое вступление.

Колдовская страсть захватила меня.

Мелькают тени в пламени костра.

Танцую в круге, возбуждая тебя,

Вкус мороженного расслабляет льда.

Я ласкаю тебя руками в воздухе теней,

Я шепчу тебе глазами в отблеске живых огней.

Я колдую над водою, закипающей в котле,

На тебя кладу заклятье вечной преданности мне…

Рус произнес два четверостишия и окинул взглядом аудиторию.