Питбуль

Он снова посмотрел на экскаватор.

– А в гробу человек сохраняется в хорошем состоянии многие годы. Не пойми меня неправильно: это не бог весть какое приятное зрелище, но можно вполне рассчитывать, что внутри вот этой штуки есть что-то похожее на человека.

Он указал подбородком на гроб, который в то же самое мгновение показался из ямы.

Соленый воздух фьорда и запах древесного угля из лагеря на берегу смешивались с глубокими нотами гнили, и Элоиза отступила на шаг назад.

– Что теперь? – спросила она.

– Сейчас мы отвезем гроб на судебно-медицинскую экспертизу, и они посмотрят, что внутри.

С глухим стуком гроб опустился на металлическую тележку стоявшего впереди рефрижератора.

– Везти в Обенро или в Сеннерборг? – спросил служащий в форме, стоявший рядом с водителем.

– Нет, нет, – сказал Шефер, помахав указательным пальцем. – На Чертов остров, ребята.

Он подошел к ним, и Элоиза услышала, как он объясняет им, что гроб нужно перевезти в Копенгаген. Она видела, что он достал ордер из заднего кармана и показал его полицейскому.

В кармане у нее завибрировал телефон. Он был подключен к немецкой мобильной сети, потому что они находились близко к границе, и номер не определился.

– Алло?

– Здравствуйте, я говорю с Элоизой Кальдан? – спросил голос тихо, почти шепотом.

– Да, это я.

– Меня зовут Маркус Сенгер, я из Патронажной службы. Звоню по поводу Яна Фишхофа.

У Элоизы упало сердце, и она уронила голову на грудь.

– Он умер? – спросила она и провела рукой по шее.

– Нет, но уже близок. У него сильные боли, он все время то приходит в себя, то теряет сознание, так что мы думаем, что это вопрос нескольких часов.

– Но вчера вечером я разговаривала с вашей сотрудницей, и у меня сложилось впечатление, что он чувствовал себя более-менее.

– Верно, но ночью ему очень поплохело. Он спрашивал о вас несколько раз. Поэтому я и звоню.

Элоиза кивнула и посмотрела на немецкое побережье на противоположной стороне фьорда.

– Я сейчас не в Копенгагене, но я… – Она посмотрела на часы.

– Большое вам спасибо. Скрестим пальцы, чтобы вы успели.

– А сейчас с ним есть кто-нибудь?

– Да, в доме есть люди, но он не хочет, чтобы кто-нибудь входил в спальню. Он хочет видеть только вас.

– Хорошо, – кивнула Элоиза. – Скажите ему, что я уже еду.

– Спасибо, я все ему передам.

– И, Маркус… так вас зовут?

– Да.