Клубок судьбы

– И зачем ты это сочинила?

– А что мне надо было ей про твою неземную любовь к Скворцову рассказать?! Теперь, если ты к ней будешь заходить чаще обычного, Ритка ничего не просечёт и на взгляды твои внимания не обратит, ты же когда он идёт, замираешь и смотришь на него, как на идола. Ритка может заметить, а так у тебя алиби, есть парень. А твои взгляды на Скворцова? Да просто показалось.

– Ленка, ну ты адвокат, – рассмеялась Иринка, – тебе в юристы надо.

– Ну уж нет, я мечтаю о голубом небе и белоснежных быстрокрылых птицах, рассекающих это небо: Леди and Джентльмены, пристегните ремни, взлетаем, – изображая стюардессу, паясничала Ленка.

Иринка улыбнулась. Хорошая у неё подруга, хоть и взбалмошная. – Ир, так что Ритке сказать, если спросит. Как мальчика зовут?

– Клайд, – подумав, ответила Иринка.

– Как? Так он что, у тебя не русский?

– Из Прибалтики, – стараясь не рассмеяться, ответила девочка. Ленка только головой покачала.

Дальнейшие школьные деньки побежали без происшествий.

Иринка всё также замирала, когда видела Скворцова, он не обращал на неё внимание. Иногда она видела его с Людкой, иногда с другими девчонками даже из их класса. К Ритке она заходила, реже одна, чаще с Ленкой, но Скворцов звонить не приходил. И вот однажды произошёл очень странный случай.

Иринка болтала с Риткой по телефону, что-то насчёт домашнего задания. И вдруг из трубки полилась песня:

«И снова седая ночь…»

Что это? Иринка даже подула в трубку, потом дослушала песню до конца, затем другую, третью, так всю сторону кассеты, и вдруг раздался Риткин голос:

– Понравилось?

– Да.

А это ты поставила?

– Нет, не я.

– А кто? – севшим голосом спросила Иринка, чувствуя, как учащённо забилось сердце.

– Мой сосед Саша Скворцов, да ты его, наверное, знаешь, из 8-го «А». Он пришёл звонить, а я говорю, что телефон занят, я с Ирой Березиной разговариваю.

– А он переспросил: с Березиной? И сказал – Поставь ей кассету. Я спросила какую? Он говорит, да хоть «Ласковый май».

Ей понравится» Ну, я и поставила.

Иринка не знала, что и думать. Наскоро попрощавшись с Риткой, она подбросила вверх диванную подушку и ликующе закричала, благо дома никого не было: «Саша Скворцов попросил поставить для меня музыку! Он для меня!!! Для меня! Иры Березиной! Как же я его люблю! Он лучший!» Ленке она об этом инциденте почему-то решила не рассказывать.

Приближался Новый год – с детства самый любимый Иринкин праздник.