Поэзия сломанной души. Безвременные стихи

Многое мне предлагали,

Весь беспредел,

Но ничего не продали.

Я не хотел.

Все это неоднократно

Чувствовал я,

Все это было когда-то

И у меня.

…Мне подошли бы:

Усталость,

Но не вдвойне,

Ругани – самая малость,

Только во сне,

Дом и урчанье машины

Из гаража,

Куча детей и старинный

Друг.

Без ножа.

1996г.

«Новорожденный»

Шваль подзаборная,

Мусоросборная,

Нет ни кола, ни двора, ни гроша.

Несовпадение:

В переселении

Адресом, видно, ошиблась душа.

Ходит – горбатится,

Странно корячится,

Будто по куче горячих углей,

С послеобеденной,

Кем-то не съеденной,

В грязной руке «королевой полей».

Глазки бегущие,

Сутками ждущие,

Где бы, чего и побольше украсть.

Жалкие хищники,

Но и с поличным их

Брезгует брать даже местная власть.

Жизнью раздавленный,

Держит заржавленный

От «конкурентов» за поясом нож.

Послезастоечный,

Брак перестроечный,

Времени сын по прозванию БОМЖ.

1996г.

Грёзы

«Боже, боже! Все те же сны!

Те же самые сны!»

(И. Ильф, Е. Петров «Золотой теленок»)

Я вечером усталый, под зимнюю метель,

С работы возвращаюсь и падаю в постель.

Со мною одним целым становится кровать

И друг от друга нас уже ни чем не оторвать.

И до утра мне снятся былые времена,

Когда вовсю гуляла и пела вся страна.

Тогда еще у власти партийный был главарь.

Он звался очень просто – «Гениальный Секретарь».

Не глядя на медали, на звезды, ордена,

Которые на грудь ему навешала страна,

Он новые награды придумать поручал

И сам себе по праздникам торжественно вручал.

Вмещал в себя нимало вожак СССР.

Какой же секретарь он, скорее «секретер».

Под стать ему такой же Центральный Комитет —

Ни совести, ни чести, лишь один авторитет.

Творили, что хотели, партийные тузы

И с Главной Колокольни плевали на «низы».

«Низы» не обижались, нервишки не губя,

И со спокойной совестью плевали на себя.

Во сне я часто вижу «Седьмое Ноября» —

Под лозунги и марши, под речь Секретаря,

«Ура-ли» мы трибунам и топали потом

Торжественною поступью в ближайший гастроном.

Как весело я раньше и беззаботно жил,

Я этим, к сожалению, тогда не дорожил.

Мозги нам полоскали идеями из клизм,

Единственной напастью был для нас капитализм.

Уеду я отсюда, уйду я, хоть пешком,

Хочу увидеть Запад с гнилым его душком.

Почетным безработным там сразу стану я.