Золотой колодец. Избранные рассказы

По возвращению ребята сразу принялись за монтаж и, когда был готов первый портрет, я начал доводить его «до ума» – шлифовать, что тоже было делать необходимо очень осторожно. Необходимо, чтобы исчезла чернота и появилась медная окисная плёнка. После её нужно было бережно удалить, до появления золота. Высветить надпись по овалу портрета (не повредив фон) и декоративный виток из тонированной проволоки. В общем, адская работа! Закончил всё во вторник поздно вечером. Весь перемазанный принял горячий душ и заснул, даже не стал ужинать.

Утром первыми приехали мои помощники и, увидев, что портреты уже готовы, принялись делать пакеты из мебельного картона.

Михалыч приехав и увидев портреты, воскликнул:

– Да, они же живые, Вадим! Как жаль, что их не увидит наш народ! Мне самому захотелось стать мусульманином с таким вождём! А Половинка ещё на видел? Я бы тоже хотел, чтобы он посмотрел, ведь завтра их уже не будет, но нельзя ни одной минуты держать здесь такую ценность.

Половинка обещал приехать и вместе с нами пообедать. Когда Николай принёс нам в кабинет два пакета из картона, вздох разочарования вырвался у нас обоих:

– Нет, нельзя ни в коем случае упаковывать такую красоту в такой картон! – с явным возмущением сказал Михалыч.

– Ты, как хочешь, Вадим, но лично я, пусть потрачу не- сколько лишних часов, но этого безобразия не допущу. Неси из вагончика линейку!

Я принёс и Михалыч произвёл необходимые измерения, записал всё и уехал на завод, взяв с собой рулон искусственной зелёной замши.

Перенёс все готовые портреты в красный уголок и расставил вдоль стены. Вскоре приехал Половинка с двумя термосами с шурпой и тушёной бараниной, тёплым ещё очень свежим лавашом и с зеленью. Увидев портреты, воскликнул:

– Это же, настоящее чудо, Вадим! Они живые! И как тебе удалось медь окрасить под золото? А, где Михалыч?

Я подробно рассказал Половинке, что случилось со всеми нами за последние трое суток.

– А зачем делать перевалку у Калифа? Подвергать опасности эту замечательную семью? Пусть нукера Имама подъезжают в 7 часов 30 минут со стороны Самарканда на границу города, куда мы с Михалычем и вместе с тобой, перегрузим портреты в их машину. Вместе с ними, поедешь и ты – сдашь заказчику, из рук в руки.