Банкир. Книга шестая: Прекрасный и жестокий мир

Но выплеснула на Основного Носителя и сотоварища уже приготовленную порцию скептицизма и язвительности:

– «Ну, и что это нам дает? Когда он был – этот самый неолит?».

– «Его еще называют новым каменным веком, – тут же подсказал Умник, – датируется 4—3 тысячелетиями до новой эры. Правда, ковровские поселения куда более поздние; на тысячу лет…».

– «Вот! – Джесси, наверное, подняла кверху виртуальный палец, – и какое отношение имеет этот неолит к Алексу вась Худобу. Да он тогда, быть может, еще даже и не родился.

– «И все же, – продолжил упрямо гнуть свою линию Умник, – думаю, что это не случайное совпадение. Там, где так плотно селились древние люди, должно было быть место Силы. И Алекс вась Худоб, Ментальный Мастер очень высокого Уровня, не мог обойти своим вниманием эти земли».

– «Как и многие другие, – Джесси свою линию игры вела не менее упрямо, – таких стоянок во всем мире… знаете сколько? Да наверное, здесь же рядом, есть более значимые и знаменитые раскопки?!».

– «Есть, – нехотя согласился персональный компьютер, – например, Сунгирь под Владимиром – там люди жили еще двадцать пять тысяч лет назад…».

– «Вот видите!…».

– Стоп! – Шеф не дал совершенно иррациональной радости помощницы перехлестнуть через край, – ваш спор совершенно бесполезен. Если не считать, конечно, кучи занимательных сведений, которые теперь есть в моей памяти. А что нам подсказывает практика?

– «Что?!», – в едином порыве выдохнули помощники.

– Надо пойти и посмотреть. А лучше – поехать. Вот на этом.

Саша также ласково, как недавно Малышка, погладил по приборной панели «Эксплорера», и тут же насторожился. До базы было не меньше трехсот метров, но Мастер даже сквозь толстую сталь внедорожника расслышал голоса Гобла и Добла, изображавших пение. Умник с помощью Эдди услужливо «подкрутил» верньер громкости, и в салон ворвался самый настоящий хор, в котором бравые гоблины каким-то образом выражали свое возмущение погоде, встретившей их так не ласково.

– «Ой, мороз, мороз! Не морозь меня…», – Мастер все же разобрал за громовыми раскатами на гоблинском русскую речь.

Он и голос узнал; даже в таком виде, весьма игривом от явно принятой дозы горячительного. Четвертым, кстати, в хоре был Тимка, усердно подвывавший межпланетному пению. А через минуту «Эксплорер» буквально взлетел на крутой пригорок, и остановился посреди двора, непривычно безлюдного в этот рабочий день.