Моя любимая – Кикимора. Сказки для взрослых

Сверкнули глазищи ее, развернулась она, заставив Настасью разрыдаться, не могла она больше терпеть всего, что вокруг творилось, да куда бедной и беззащитной вдове деваться было? Она не могла знать, что это еще не конец, беды ее только начинаются все.

Но черт Егор смог разыскать Добрыню к тому времени, и тот появился на пороге, как раз когда свадьба была в разгаре.

Он столкнулся с Маринкой на пороге, она как раз со свадьбы уходила, отказавшись пить за здоровье молодых.

– Я своего сбежавшего муженька нашла уже, теперь ты полюбуйся на женушку свою, хороши они, ничего не скажешь.

И такая ярость в глазах ведьмы появилась, что понимал Добрыня, она отомстила им обоим, и она должна была на него взглянуть, чтобы убедиться в том, что он остался покинутым и несчастным.

Добрыня понимал, что поступил в свое время с ведьмой скверно, не должно было такого случиться. Да что теперь говорить о том, что делать, надо ему было в глаза своей жены взглянуть, и на того, кто в дружбе клялся еще недавно, и на пиру с ним оставался рядом.

Но Добрыня решил просто не замечать его, не видеть в упор, что еще мог он сделать для этого, только протии мимо.

Настасья рыдала и просила просить ее, но он понимал, что не сможет этого сделать, как бы не хотел, потому только усмехнулся приблизившись к князю, опрокинул чашу, которую кто-то поспешно ему передал, и отправился прочь.

Гости так и смотрели на него с открытыми ртами, но никто не видел, как исчез Алешка.

Протрезвел князь на следующий день, но с больной головой все еще оставался.

Сколько не искали слуги его верные Алешку, но найти его не могли, да что князь, и черти сбились с ног, но все напрасно, только стали говорить, что бродит около леса заповедного тур огромный, и жалобно так мычит.

Духи удивленно оглянулись по сторонам, они и сами заметили те перемены, которые рядом творится стали, много тут чего интересного происходило.

– Но если он так хитер, как мог не поверить он в то, что все рано или поздно кончается, и Чернобог о таком никак не забудет, можно не надеяться.

– А на всякого хитреца довольно простоты, – закончил свой рассказ Домовой, и все сидели молча, да и что было сказать еще.

Как Алеша Попович Тугарина извел

– Оглянись, – прохрипит богатырь в тишине.

И Тугарин послушен внезапно.