Легенда о сломанном городе

– И тем не менее, вам предстоит принять бой, – напомнил человек в черном.

– Так помогите мне! – взмолился Гроссмейстер. – Что толку донимать меня разговорами?!

– Не могу, – сухо ответил Лассе. – Не забывайте – меня на самом деле здесь нет. И я не желаю вам удачи. Всего плохого, Ваше Магейшество!

Сказавши это, человек в черном растворился, будто бы его и не было. Однако же Гроссмейстер был уверен, что никуда он не делся, и по-прежнему наблюдает за ним.

От этой мысли становилось не по себе.

– Айса! – позвал Гроссмейстер.

Его помощница появилась тут как тут, словно бы она поджидала под дверью.

Впрочем, вполне возможно, что так оно и было.

О, это была особенная женщина! И дело было не только в ее безупречной классической красоте. Она могла оставаться незаметной, когда хотела. Собственно, полная свобода воли – это прерогатива всех бессмертных божеств, а эта дама и была одним из них. Богиня судьбы, одна из дочерей Ночи, неумолимая мойра по имени Айса, разрезающая нить – вот кто помогал Квермонту в его нелегком деле.

отставку, сбежала из древнегреческой мифологии и пустилась в свободное плавание. Потом повстречала Гроссмейстера и нанялась к нему в секретари.

Словом, Айса была первым в мире бессмертным божеством,

довольствовавшимся скромной должностью клерка.

Гроссмейстеру нравилось, как она работает. Его даже не смущало, что приходилось убирать все колюще-режущие предметы, такие, как ножницы и канцелярские ножи, дабы ненароком не напомнить Айсе о прежнем месте работы.

– Я вас слушаю, господин.

– Когда белое сделается черным, – с выражением произнес Квермонт, – когда низ станет верхом, а верх – низом…

Гроссмейстер остановился, чтобы понаблюдать за реакцией своей помощницы. Та молчала, и только таращилась на магистра своими огромными глазами. И, казалось, была ничуть не удивлена неожиданным словесам.

Впрочем, чем можно удивить бессмертное божество?

– Живые тогда начнут завидовать мертвым, – продолжил Гроссмейстер.

– И токмо Темный Отрок,

Который не жив, но и не мертв,

Который не раб, но и не господин,

Который не человек, но и не зверь,

Токмо Темный Отрок, чья душа преисподней подобна,

Восстанет из могилы и спасет город сей.

– Вы практикуетесь в изящной словесности? – поинтересовалась Айса.

– Не я написал эти строки. Это из «Сочинения Иоганна Пересмешника». Знавал я этого чудака.