Женечка

Черт! То ли мне повезло

Стать больше любви, тебе – красотою,

То ли замысел Божий – искупить мне грехи,

Ведь я не с тобою, а ты?

Не знаю, где ты – сдаюсь иногда:

Молюсь, чтоб вечной любви не бывало.

Но а если моей и правда нет смерти?

Прекрасное чувство, но лучше убейте.

Ну какой из меня мученик от любви?

Я уже исстрадалась и скорее замучила всех.

Не могу я тихо с любовным ходить крестом –

Мне нужно за ручку в кино – и домой.

Верность

В верности Вам заключается

И мое горе, и моя бессмысленность.

Отсюда бродяжничество в переулках памяти

Раненной.

Как сказал Бродский,

Верность только тогда становится верностью,

Когда она не плод разума, но инстинкт или идиосинкразия

(И кстати, в книжке, Вами любимой).

Мало того, что я воображаемо засыпаю с Вами,

Мысли о Вас и ночью не отпускают:

То бьете в грудь, то ласковым словом баюкаете –

И боязно с Вами, и сладко-уютно.

Эти вечные диалоги с Вами

Бессонными замученными ночами

Становятся амулетом от жизни реальной.

И правда,

Какая разница, в какой пребывать мне реальности,

Хотя… Вы есть в моей – и она точно стоящее той,

В которой себя приходится предъявлять, той,

В которую я б ни ногой,

Но дела… исключительно, чтоб в случае чуда,

Вы бы пришли в квартиру, обставленную по-новому,

А мне… я на полу засыпала полгода

(И была равнодушно довольна).

И единственный выход, кажется,

Это вмешательство хирургии в мой мозг,

Из этой циркуляции: память – квартира – кровать.

Чтобы нечем уже вспоминать.

Но не лечится верность любви,

Хоть Ваше безразличие убило уже, равно, что веру.

А впрочем… если верности не останется – не останется ничего.

Пустота и ничто.

Лучше, хоть страшна и бессмысленность,

Но бороздить Вам в переулках воспаленной памяти,

Кровать – квартира – память – циркуляция. –

Да, суть всегда – возвращаться.

Чудо

Мне настолько на себя плевать,

Что оставьте меня умирать в снегах —

Не замечу.

Если будете Вы в меня стрелять

Или иначе как убивать —

Не замечу.

Если скажите, любите Вы меня,

Как было назад года так два —

Не услышу.

И когда сама нажму на курок,

Приставляя его прямо в висок —

Не услышу.

Если напишите мне: «Прости,

Было глупо тебя оставлять». – Увы,

Не поверю.

Если Вы поцелуете, как в тот раз,

Когда жизнь надеждой возложила на Вас —

Не поверю.