Хрон 48 минут. Начало

Мы с ней познакомились на какой-то премии, Андрей тогда только-только становился популярным. Она ему всегда на съемки пирожки привозила, такие милости-приятности. А он тогда решил, что очень классный, ну как эти все, кому мама сказала, что «ты у меня самый лучший», и он во все тяжкие – корпоративы, дни рождения, тусовки какие-то. Бухал как черт. А потом в прессе написали, что у них с Маринкой не клеится…

– Ты пустила? – перебила Ася, пытаясь пошутить, но шутка попала в яблочко и расколола его на две части.

Варя опустила глаза, прикусила губу, но ответила честно.

– Я пустила, и мне за это стыдно… В общем, была зима, у Андрея съемки «Марионеток», заканчивали снимать. Работу скрывали от журналистов, готовились к фестивалям. Снимали где-то под Москвой, в сторону Дмитрова, в лесу. Марина поехала к нему, за ней поехал Наумов. Обогнал, занесло, его машина в кювет, Маринкина вылетела навстречу. Насмерть. Оба. Андрей не знал об этом. Он после съемок поехал бухать, отключил телефон, или он сел у него, не знаю, в общем, он утром из новостей узнал.

– Охренеть!.. – Ася растеклась по креслу. – Это же огонь, а не история.

– Это очень грустная история. Именно поэтому я никогда бы и не хотела снимать Ковальчука.

– Я помню эту историю, но не думала, что ты к ней причастна. А Наумов? – прошептала Вера.

– А Наумов это кто? – перебила Ася.

– Наумов – мой первый муж, – ответила Варя и опустила глаза.

– Охренеть, – повторила Ася. – Прости. Интересно, он расскажет про это?

– Как сработаешь, – подвела черту Варя. – Сходи к Юре Самсонову, он из Брянска, много баек про Ковальчука знает.

– Монтажер Юрка?

– Да, он то ли сам учился с ним, то ли кто-то из его друзей. Не помню. Мы как-то ночью на монтаже сидели, и он стал рассказывать про Ковальчука, я рассказала ему свою историю, и так, пока не прибежал Троцкий и не стал кричать, что мастер надо срочно сводить по звуку.

Ася тут же схватила телефон, блокнот и вышла из редакции.

– Спасибо, Варь, – успела она сказать в захлопывающуюся дверь.

Андрей зашел в театр через служебный вход и, махнув головой охраннику, пошел вдоль длинного плохо освещенного коридора к гримерке с табличкой «Ковальчук». Все это время в кармане вибрировал телефон, но он, как обычно, не придал этому особого значения.