Хрон 48 минут. Начало

Работа в Останкино всегда начинала кипеть после четырех вечера, когда кофемашина переставала издавать звуки, все разговоры «о личном» иссякали, и наступало время звонков. Бесконечных звонков. Безумных звонков. Не всегда нужных, но всегда срочно-важно-прямо сейчас! Когда «обычные» люди идут с работы, «останкинские» кипят. Иногда Асе казалось, что эту работу придумали специально для нее с ее пристрастием спать до обеда и до полуночи сидеть над сценарием. Иногда вообще можно было не уходить с работы, что еще более увлекательно.

И завтра тоже можно было не уходить и спать, свернувшись калачиком на диване в кабинете шефа или свободной гримерке. Это в лучшем случае. В худшем – уместиться на подоконнике рабочей монтажки, завернувшись в плед, чтобы из-под рамы не задувало.

Каждый нормальный редактор, задержавшийся на телевидении больше трех лет (с теликом – как с любовью), обязательно должен был пройти боевое крещение героем. У кого-то это был гермафродит из Забайкалья, у кого-то мальчик с четырьмя глазами, у кого-то скандальная, непобедимая, несокрушимая пьяная, никому не известная певица, а у кого-то – та-да-дам! – Иван Ургант – это был тот еще… иногда казалось, что проще затащить на программу труп, чем ведущего.

У Аси как раз был телеведущий. Но после съемок Ивана Андреевича она поняла, что может все.

– Алло, да… у вас есть труп? Не криминальный… ну зачем тогда он нам, если он без истории… – Вера бросила трубку.

– Нежданчик! – расхохоталась Ася.

– Друзья попросили помочь, ищут мегаисторию для программы.

Редакторы прирастали к телефонным трубкам и начинали жить жизнью своих героев.

– Я не могу дозвониться до кладбища! Говорю же, они там все умерли! – продолжала кричать в трубку Вера.

Марго встала со стула и закрыла жалюзи.

– Варь, включи свет, – попросила она.

Варя подкатилась на стуле к выключателям, и комната наполнилась желтым светом.

– А у вас анорексичек нет случайно? – обернулась Вера.

– Есть одна, но у нее 47 килограммов, – вспомнила одну из бывших героинь программы Ася.

– Жирная, – задумалась Вера.

Варя прокатилась до кулера:

– Я сейчас общалась с одной типа звездой. Господи, кто им закладывает в голову, что они вообще талантливые?

– Кто-кто! Мамы в детстве, – бросила своих криминальных героев Вера. – Там же половина поет под полный плюс, а вторая половина играет в кино с миллиардом дублей. Режиссеры плачут, монтажеры негодуют, а он – звезда.

– Нет, ну люди же решают, – вмешалась Ася.