Путь к Богу. Пандемониум

Огласил он, шепнув на ухо пришлому замысловатый вопрос:

«Я – Мегера, хочу знать, ты, человеческое создание,

Почему проник в чертог мой своенравно и нагло?

Иль жаждешь ты познать здесь истинное страдание?».

Прокричала эриния последнее слово, что слух обожгло,

И сверкнула в бешенстве клыков озверевшим оскалом.

Все же наказание ее бича духа доктора не постигло.

Лицо фурии в момент состарилось и исказилось гневом.

Услышав вердикт Миноса, издала оглушающий клич

И взмыла, рукокрылая, в непроглядную высь орлом.

Оттуда было слышно, как хлещет грешных с визгом ее бич.

И голоса ее сестер Алекто и Тисифоны доносились вблизи.

Проглядывались духи лжеучителей, поваленные навзничь,

Завязшие в пылающих могилах, что в густой грязи

Утоплены, черной и смрадной, в недрах шестого круга.

Те, кто ересь в массы нес, маются в раскаленной вязи…

Так путник преодолел свидание с фуриями в агонии испуга!

Песнь XI

Шел дух скитальца без оглядки, гонимый страхами.

Осознал он себя на опушке мертвой глухой чащи,

Окаймленной по кругу зловонными кипящими рвами.

На другом берегу мечется Минотавр в поисках пищи, —

Страж Флегетона, – осужденный сын царя Миноса,

Не сумевший найти достойное применение своей мощи.

Путник увидел сквозь мглу непросветную мост на краю леса,

Ринувшись через переправу на встречу рогатому чудовищу!

Но трухлявые мостовые канаты не выдержали перевеса.

В тот миг дух осмыслил: «Лучше бы не покидал я рощу!», —

Вися над лавой и держась за оборванный канат, —

«Надеждам на искупление конец, если веревку отпущу!».

Висит ослабший из последних сил, руки его уже дрожат.

Подтягиваясь, взбирается на твердь близ Флегетона,

Скованный в движениях страхом, что стропы не выдержат,

И он потонет, камнем уйдя на дно злоуханного затона,

Оставшись там в грехах вариться на веки вечные

Средь продажных блудливых епископов несметного легиона.

Те, кто были к Богу и христианскому учению беспечные,

Отбывают свою кару, клейменные «крестом» Антихриста, —

Изнывают вероотступники, испытывая муки бесчеловечные.

Размышляя об этом, дух подтянулся к основанию моста

И отчаянно взгромоздился на твердую поверхность обрыва.

Оглядевшись, осознал, – пустошь пояса Флегетона не пуста.