И на камнях растут цветы. Рассказ

Подумай! – вставил он с мольбой в голосе.

«Как жаль его разочаровывать», – подумала я упершись невидящим взором в окно, – «Рушить его надежду».

Я не могла ответить Гере взаимностью. И не знала, как сказать, объяснить ему не ранив. Подбирая нужные слова, ругала себя в душе за неумение выразить мысли в точной форме.

Мой взгляд машинально пробежался по залу. Зацепил сидящие за столиком в дальнем углу две фигуры. Одного из них я узнала бы из тысячи. Мой собеседник из парка восседал напротив седовласого старика. Оба молчали.

Позабыв обо всем на свете. О что-то рассказывающем мне Гере, я наблюдала за этими двоими, изредка кивая головой, хотя не слышала ни слова из того, что он говорил.

Тем временем, седовласый полез во внутренний карман пальто, достал бумажный конверт, положил на стол. Собеседник с парка, не мешкая убрал конверт в карман темной замшевой куртки, и поднялся из-за стола. Продолжая «пялиться», точнее слова, не подобрать, я наблюдала, как поравнявшись с нашим с Герой столиком, «собеседник» окинул меня холодным как лед взглядом.

Голубые бездонные глаза наполнились темно-синим оттенком ненависти, заставили непроизвольно сжаться. Хотя, на долю секунды, мне показалось, узнав меня, взгляд потеплел.

Встревоженный голос Геры, привел в чувство.

– Ника, что с тобой? Ты внезапно побледнела. Извини, не хотел пугать тебя.

Мне вдруг захотелось открыться, рассказать Гере, что со мной происходит. Признаться: один единственный человек на свете способен заставить меня побледнеть одним лишь взглядом.

Убить, поглотив в пучину бездонных бурлящих озер.

Только попыталась, поняла, выглядеть это будет глупо, да и вряд ли Гера мне поверит. Подумает, я лишилась рассудка. Покрутит пальцем у виска и будет прав. То что со мной происходило, кроме как помешательство не назовешь.

Собравшись, вслух я произнесла другое, – Со мной порядок. Перетрудилась.

Засобиралась уходить.

– Гера, ты чудесный! Настоящий друг! Ты встретишь суженую. Будешь счастлив.

Он промолчал. Поднялся вслед за мной.

Предложил проводить до дома. Отговорив его от нестоящей затеи, в итоге, домой я отправилась одна.

Ночь проворочалась в постели, не смогла сомкнуть глаз. Мерещились образы: Геры с чувством вины. Голубые глаза собеседника из парка – внезапно темнели, заполняя меня изнутри адским холодом.

Только ближе к утру, я ненадолго погрузилась в сон.

Спустя неделю, в воскресенье, я отправилась в парк. Ни мольберта, ни инструментов с собой не захватила.