Последний забег

Вежливо поклонившись, он протянул руку референту, тот опасливо покосился на протянутую руку и с небольшой задержкой пожал руку Василию Ивановичу.

Василий Иванович нежно подержал в своих медвежьих лапах «золотую руку» референта и вспомнил ночной сон «Василий Великий мастер».

Кадровик с трудом вытащил свою руку из медвежьих лап Василия Ивановича и вежливо, с чисто дипломатическим этикетом, попросил зайти в следующий раз.

Через два дня Василий Иванович был снова в его кабинете и так же вежливо и нежно жал руку Василию Михайловичу.

Василий Михайлович в сердцах воскликнул:

– Какой же вы кузнец, руку пожать не можете как следует.

И снова Василий Иванович смущенно удалился после слов:

– Зайдите в следующий раз.

Долго собирался Василий Иванович зайти к своему тезке – Василию Михайловичу. Множество вариантов своего входа в кабинет передумал, но так и не решил, каким образом покорить Василия Михайловича. Собрался опять на прием, не слушая бедовых, нахрапистых парней, предлагающих положить в пятерню сторублевку, а на их языке «дать на лапу», для крепости рукопожатия.

Василий Иванович робко вошел в кабинет.

Василий Михайлович, улыбаясь, поднялся навстречу.

Василий Иванович так надеялся, что это его счастливый день и что все мучения позади.

– К сожалению, Василий Иванович, нам нужны садовники, а вы то электросварщик, то кузнец. Уважаемый Василий Иванович, мой вам совет – не жмите мне так сильно руку. До свидания и прощайте, уважаемый Василий Иванович, – сказал Василий Михайлович.

Безуспешно пытался звонить референту «Великий мастер», секретарша неизменно отвечала, что он занят или на совещании.

Уже перестала сниться Василию далекая Африка, как вдруг нечаянно он встретил Ивана Петровича из министерства.

Иван Петрович при встрече удивился:

– Так вы еще не в Африке?

И поведал тогда ему «Великий мастер» о своих похождениях в Министерство иностранных дел, рассказал, как крепко жал руку кадровику и какую счастливую жизнь он прожил в своих сновидениях, а на прощание сказал:

– Спасибо вам большое за эти сны, за эти встречи, только теперь я понял, какое это искусство «ДАТЬ НА ЛАПУ».

* * *

Прошло два года. Василий Иванович продолжал, как называют теперь, «прокачивать машины». Из старых, ржавых авто он создавал блестящие краской и лаком шедевры.

Целыми днями шпаклевал, полировал бока машин своими огрубевшими, потрескавшимися руками.

Особенно трудно было ему работать зимой в холодные, морозные дни.