Анатомия корабля. Путешествие в себя

Нас заменяет механизм волшебный…

А может жизнь – всего лишь увертюра?

Тускнеют краски, яркие сперва,

Оркестр в безвременье лазоревом парит,

И догорают на смычках обертона,

И каждый такт извечным сном манит.

И льётся музыка по акведуку нот

В оранжереи отзвучавших звуков,

На старых кладбищах неспетое живёт —

Немой закон, несыгранная мука.

Сольётся всё в финале неизменном,

И лейтмотивом прозвучит любовь,

Настанет срок – адажио вселенной

Кадансом остановит кровь.

Но после соло траурного тона

Мелодию забвенья свергнет бас!

…звучит над миром призрачная кода,

И Композитор нам играет нас…

Помнишь…?

1

Мы жили в то время, когда над солнцем вставало ещё одно солнце,

Когда горы были песком, и дно океана не скрывало обломков погибших судов —

В ту пору неразделённый мир был не тронут ничьей страшной волей.

В эпоху, в которой не было поводов для зависти и злости,

В мире цветов, в стране весенних дождей,

В городе снов, на улице грёз

Мы жили в идеальном мире —

Мы жили друг в друге.

И любовь была нашим домом,

И жизнь была нашим смыслом,

А боли…

Боли – не было.

2

Живших после нас мы не помнили – память не умеет сохранять будущее.

Однако не важно, что было после и не важно, что будет до нас —

Время шло в обратную сторону.

Оно удалялось, не в силах отнять нашу беспечность.

Всё видимое нами было прекрасно и всё слышимое было волшебным,

Поскольку глазами и ушами нашими была любовь,

Поскольку не было тогда лекарств друг от друга,

И глаза наши не искали иных красот, кроме глаз друг друга,

Руки наши не были заняты войной, воровством и насилием,

Поскольку были заняты друг другом…

И каждый вздох был чистым и глубоким,

Поскольку не было лучшего аромата, чем аромат наших чувств.

3

Когда шёл дождь – мы смеялись,

Когда начиналась гроза – не прятались.

Выбегая босыми в любую стужу, мы никогда не болели,

Находя солнце в самых неожиданных местах – мы не знали ночи.

Мы не ощущали холодной бездны уходящих суток,

Пропасти не превышали высоты указательных пальцев,

Ладони покрывали любые расстояния и лечили случайные раны,

Каждый был мостом для другого, и мосты протягивались на самые дальние берега.

Наступало лето,

И снова,

И снова,

И снова.

А потом…

Наступила Осень.