Год Белого Тигра. Повесть

А мы сидели на скамье и беседовали обо всем, что приходило в голову. Впрочем, разговоры наши не всегда велись на отвлеченные темы. В один из дней она спросила меня, как бы, между прочим:

– А вы не знаете, могут ли моего бывшего мужа лишить квартиры после нашего развода? Ведь он получил ее по месту службы, наверное, из-за того, что сказал, что у него жена и двое детей. Иначе вряд ли кто дал бы ему двухкомнатную квартиру.

Она ждала ответа, а я думал, как бы мне точнее передать словами свое видение ситуации. Для меня была очевидной мотивация ее поступка.

Наконец, после довольно долгой паузы, сказал:

– Татьяна Николаевна, не тратьте понапрасну нервы. Вас сейчас мучает обида и несправедливость по отношению к вам. И вы поглощены заботой отмщения. Но, поверьте, все это мелочи. Вам нужно думать не о том, как наказать бывшего мужа, а как устроить свою жизнь. Пройдет время, а оно обязательно пройдет, и вам будет абсолютно наплевать, какая у него квартира или жена. Если вы устроите свою жизнь, вы только тогда будете счастливы…

Но вряд ли мои слова дошли до ее сердца.

Боль быстро не утихает. Ведь бывший муж и сейчас небезразличен ей, иначе бы она просто вычеркнула его из своей жизни, и все дела.

– Что-то холодно… – сказала она, вставая со скамьи и переминаясь с ноги на ногу. – Давайте, пройдемся немного.

В парке гулял сквозняк, неизвестно откуда бравшийся. А он пробирал до косточек посильнее, чем мороз. Татьяна Николаевна одевалась по сезону и мерзла значительно больше моего.

Я же не снимал зимнюю куртку и зимние сапожки, несмотря на конец апреля. И не обращал внимания на то, что обо мне могут подумать. Мне тепло – и хорошо. Однако даже в этой одежде, а дни стояли просто холодные, мне самому приходилось поеживаться.

Мы немного прошлись. Я взглянул на Татьяну Николаевну и предложил ей свою куртку:

– Возьмите. Согреетесь немного.

Меня колотило, и что-то царапало когтями грудь, но я был полон решимости, отдать ей свою одежду.

– Нет, спасибо, – задержав на мне взгляд, а вид у меня, наверное, в тот момент был явно не разгоряченный, она категорично отказалась.

 – Вам, я вижу, тоже не жарко. – И тут же обратилась к одному из своих подопечных: – Иванов! Чего стоишь? Будешь так стоять и ничего не делать, уйдешь на час позже.

Ей досталась непослушная группа, и приходилось часто отвлекаться, чтобы призвать ребят к трудовой дисциплине. Подобная угроза возымела действие. Иванов нехотя, но все же взялся за грабли.