Сонеты и венки

И Старый Год, прощаясь навсегда,

Из-за окна глядит на нас с улыбкой.

И посоха усталая звезда

Бросает тусклый свет за гранью зыбкой.

Он помнит, как таким же зимний днем,

Он к нам явился, юным, незнакомым,

И говорили все тогда о нём

Как и сейчас. Но только по – другому.

Его так ждали просто потому,

Что новым все привыкли восторгаться,

Но – срок пришёл, и в дальний путь ему

Под бой часов придётся отправляться.

И что б увидеть, как смеются дети,

В последний раз проходит по планете.

В последний раз проходит по планете,

Которую весь год оберегал,

И был лишь он один за все в ответе,

За то, что знал, и то, чего не знал.

Он был тяжелым, нудным, бесконечным,

Он был прекрасным, кратким, словно миг,

Он разрушал то, что казалось вечным,

Он созидал, и многого достиг…

Пусть прошлое, как водится в природе,

Забудется, рассеется как дым,

Но тех, кто вместе с ним сейчас уходит,

Мы добрым словом помянуть хотим…

Прощаясь, поднимаем тост за вас,

И за него, в холодный зимний час.

И за него, в холодный зимний час

Спешащего во тьме, от дома к дому,

Чей скоро завершается рассказ,

(Ведь в жизни не бывает по – другому),

За те двенадцать месяцев тепла,

И холода, и солнца, и ненастья,

В которые душа всегда жила

Необъяснимым ожиданьем счастья,

И даже самый крошечный росток

Со временем, могучим станет кленом,

Ведь мир вокруг – не добр и не жесток,

Живет он, просто, по своим законам.

За то, чтоб угадать большое в малом,

Мы наполняем пламенем бокалы!

Мы наполняем пламенем бокалы,

Пролившемся из глубины веков,

В нем хрусталём сверкающие залы,

И скромные жилища бедняков,

В нём ласковый рассвет над отчим краем,

Горящие в осаде города,

Всё то, что с детства помним мы и знаем,

И то, что не видали никогда.

Надежды и желания любые,

Являвшиеся в грезах и в бреду,

И то, о чём подумалось впервые -

Сбывается в последний день в году.

И чудо рядом с нами всякий раз,

Ведь этот миг безвременья – для нас.

Ведь этот миг безвременья для нас –

Как тонкая, но прочная граница,

Рубеж меж тем, что есть уже сейчас,

И тем, во что все может превратиться.