Избранные стихотворения

Из далекой, из сновиденно-подсурмленной рощи

с ветром приходит к нам Выдыхаемое,

а Упущенное меж тем блуждает,

огромное как тени будущего.

Всё, что погружается здесь и что поднимается,

ответствует в глубинах души Погребенному:

потаённому как взгляд, которым мы обмениваемся,

целуемому Временем в уста его.

    1949

Вода и огонь

В крепость, в застенок я бросил тебя

и к тиса стволам – с речью,

и вырвалось пламя, снявшее мерку с платья твоего, с твоего

подвенечного платья:

как светла эта ночь!

Как светла эта ночь, измыслившая наши сердца,

как светла!

В море далеком светит она,

будит луны в Зунде, на пенные столы поднимая,

от времени отмывая их для меня до полной их чистоты:

возродись же, мертвое серебро, стань миской и чашкой,

словно ракушкой!

Время колышет наш стол вверх-вниз,

ветер полнит бокалы, море пищу приносит:

блуждающий глаз, грозовое ухо,

рыбу, змею —

колышется стол наш из ночи в ночь,

и плывут надо мною флаги племен,

и люди возле меня на лодках с гробами к берегу правят,

а надо мною небесно-звёздно словно до?ма, на родине,

на Ивана Купала!

И я смотрю на тебя,

огненно-солнечную:

помни о времени, когда вместе с нами ночь

поднималась на гору,

помни то время,

когда я был тем, кто я есть:

магистром валов крепостных и темниц,

дуновением тисовой рощи, гулякой морским,

словом, в котором ты сейчас догораешь.

    1951

«Сердце-странник, для тебя поле строит град…»

Сердце-странник, это для тебя поле строит свой град,

в окружении свеч и песочных часов,

и ты взбираешься вслед за тополями

вон к тем озерам вверху:

там, в мире ночном, флейта есть,

вырезает себе из древес она друга: молчанье озерное

и выставляет на созерцание водам.

А по берегам, вслушиваясь,

странствует в маски укрытое размышленье,

ибо ничто

не является в собственном явном обличье,

и слово, что светится над тобой,

живет верой вот в этого жука на папоротниковом листе.

    1951

Corona[10] (#litres_trial_promo)

С рук моих кушает осень свой лист – мы с ней друзья.

Время лущим, а потом его учим ходить:

и возвращается время в свою скорлупу.

В зеркале – день воскресенья,

спится во сне,

глаголет истину рот.