Утренние мысли

И звезды сыпались лавиною,

Светился город там, в ночи,

Где улицы рекою длинною

Стекались к центру, как лучи.

И смех звенел в ночи загадочной

То серебром, то родником.

И Млечный путь далёкий, сказочный

Светился звёздным молоком.

Она шутила над влюблёнными,

Включая резко фонари.

И те с улыбкой изумлённою

Смеясь, бродили до зари.

Она по окнам растворённым

Плескала тёплый лунный свет.

И домочадцам полусонным

В окно влетал цветов букет.

А утром снова на работу,

И вечером скорей домой.

Там дети, муж, дела, заботы.

И некогда побыть одной.

С улыбкой милой и застенчивой,

В глазах смешинкой неземной,

Она была нормальной женщиной.

Хорошей мамой и женой.

Она ушла

Она ушла, и это навсегда.

Наверх по солнечному трапу.

Снимите шляпы господа.

Ушла любовь. Снимите шляпы.

Был светлым наш с тобою дом,

Где ты сидела у окошка.

И зайчик солнечный теплом

Ласкал и грел твою ладошку.

Твой взгляд усталый, терпеливый.

И дождь стекающих волос.

Печальный профиль молчаливый,

И грусть о том, что не сбылось.

Когда-нибудь в обители у Бога

Я буду лишь одно просить:

Мне быть дворнягой псом

у твоего порога —

В том храме, где ты будешь жить.

Одиночество

Я нёс свою лихую ношу,

Не сбросить и не потерять.

Мой тяжкий груз, нажитый в прошлом,

Тянул меня куда-то вспять.

Фонарь на улице маячил:

«Зайди, тебя всегда здесь ждут».

И я маршрут свой обозначил,

Чтобы найти душе приют.

У барной стойки сел удобно.

Вполне приличный погребок.

Бармен всё рассказал подробно,

Плеснув радушия глоток.

Всё громче где-то разговоры.

Струится дым от сигарет.

О женщинах, о деньгах споры

И в дружбе клятвенный обет.

Общение мне, как небо солнцу.

Свершив от одиночества побег,

Я исповедью выдал незнакомцу,

Как угасал любимый человек.

И дымкой занавесь качалась.

Скрипач стоял средь облаков.

Мелодия вином плескалась,

Прозрачной музыкой без слов.

И нежной скрипки трепетание,

Чудесной музыки исток

Со скрипачом в одном дыхании

Рождал чувствительный смычок.

Звук скрипки раненою птицей

Бил в сердце сломанным крылом.

И силуэт печальной жрицы,

Скрываясь, утопал в былом.

Нам пела скрипка на утеху,

О том, что истина в вине.

И голос где-то отзывался эхом:

«Ты только помни обо мне».