Бессмертная любовь великих людей

В то время, как Билкис в гостях жила,

В гареме прекратились «акты».

И вдруг наш Соломон- премудрый царь

Влюбился, словно стал мальчишкой,

Он в винограднике узрел янтарь,

Пленился девочкой-худышкой.

Всего семь дней был счастлив Соломон,

Душа его от страсти млела,

И в Суламифи видел эталон

Слияния души и тела.

Астис-ревнивая его жена,

Простить измену не хотела.

И Суламифь ножом поражена

За то, что полюбить посмела.

Текла струёй горячей девы кровь,

Влюблённые навек прощались.

Так умирала в муках их любовь,

Слова слезами омывались.

И страшен утром Соломона взгляд,

Стал день царя подобен мраку.

Была суббота и святой шабат,

А тело отдано собакам.

Тут вспомнил Соломон своё кольцо,

Решил, что надписи напротив

Была б другая сделана писцом:

«Ничто так просто не проходит.»

«Положи меня, как печать, на сердце твоём, как перстень на руке твоей, потому что крепка, как смерть

любовь, и жестока, как ад, ревность: стрелы её – стрелы огненные» – эти слова горюющего Соломона

дословно записали его писцы.

Любовь гладиатора

И восхищённый Рим кричит,

И в труп растерзанный летит,

Как знак признательной любви,

И тонет в пролитой крови,

С трибуны брошенный цветок…

Юрий Галкин

Но кличут Спартаком лишь тех,

С оружием кто дружит с детства.

Спартанов ждал в бою успех-

Дракон дал мужество в наследство.

Всю жизнь фракиец воевал,

Он на арене – гладиатор,

Хозяин вмиг его продал-

Им восхищался император.

Гней Батиат раба пригрел…

Сражаясь храбро мирмиллоном,

Он даже женщину имел,

Но школы презирал законы.

И знал смысл слова «человек»,

Он думал только о свободе,

Решился всё же на побег…

Сбежал с друзьями на восходе.

И на Везувий их загнав,

Бойцы шутили: «Там их место!»

Те ободрали виноград,

Связали ветви- вот и средство

Спасения. Минуя плен,

Рабы собрали быстро войско,

Союз с народом был священ,

Отвагой славился, геройством…

А женщины? Ну как без них!

Сложили о любви преданье,

У Джаваньоли раб-жених

Томился счастья ожиданьем.

Он лишь Валерию любил,

Пусть встречи были очень редки.

Своим он чувством покорил

Чужую женщину-брюнетку.

Всё это только книжный блеф,

Женой раба была рабыня,

Змею на голове узрев,

Сказала мужу о кончине.