Перо из крыла Ангела. Тайны творчества

Кот хотел предложить ей Афродиту, но тут уж запротестовала Алина:

– Перестань, Даная так Даная, это больше похоже на правду..

Кот самодовольно усмехнулся и протянул ей лист:

– Я вот тут к случаю стишок сочинил, так пустяки, но мне нравится. Если сам себя не похвалишь, никто не похвалит, – самодовольно заявил кот, выпятив грудь вперед.

И он скромно отошел к окну и стал смотреть, как голуби целуются на крыше, Баюн, прочитавший лекцию о зарождении женской прозы, немного устал, но был возбужден и доволен собой, а как иначе?

Даная в темнице своих заблуждений

Мечтает опять о дожде золотом,

Не ведает даже, как грозною тенью

Врывается Зевс, а что будет потом?

Персей – для трусливого деда проклятье,

И гибель для матери бедной, увы,

Из тьмы да во тьму, только Зевса объятья

И вспомнит и горькую правду молвы.

И та, что вовек не дорвется до света,

Придумала снова иные миры,

Пусть царь ее грозный потешится где-то,

Потом и ему не снести головы.

Медуза – и снова в насилии ада

Рождается бедной царевны экстаз.

И бредит, и мечется, нет, нам не надо

Судить ее строго за бред ее фраз.

Ее мастерству только бесы учили,

Она не постигла ведь даже азы.

Все спутано: время, печали и стили,

Чужая с чужими, туман суеты.

И там, где играли суровые боги

Печальной судьбой, остается туман,

Персей в этом мире жестоком в дороге

Он столько узнает и дев там и стран.

И только Медузой убитой хранимый,

Влюбился в Афину, Пегаса даря,

А бедной Данае достанется ныне

Лишь похоть немая пьянчуги-царя…

И что там царевна в тумане лепечет:

– Безумная, чести такой не принять?

Она свои вирши нелепые шепчет,

И суть не понять, только пыл не унять…

Вернуться домой, чтоб с отцом рассчитаться,

С Персеем всю жизнь одинокой прожить…

И будут нереиды над ней издеваться,

И будут дриады беспечно шутить.

А кто остается с ней рядом? Сатиры.

Никто не любил, и никто не проник

В печали и нежности глупой, но милой

Сошедшей с ума от трудов и интриг….

И в Персии где-то рыдает старуха,

О том, что уже никогда не случится.

И шелест дождя золотого до слуха

Доходит, и Зевс ей в экстазе приснится.

Зовет его снова, как будто узнает,

Во тьме ее видевший пару минут,

Утешится пусть, пусть опять сочиняет

Печальную песню – покой и уют

Дарованы бедной царевне в тумане,

Не стать ей царицей – девицей умрет.