Перо из крыла Ангела. Тайны творчества

А он и жил только пока опасность его подстерегала, а если опасности нет, то и радоваться нечему, без борьбы не бывает жизни, тебе ли этого не знать – не ведать?

В общем, Горыныч наш давно уже при смерти, не знаю, спасем его или нет, а остальной мир и сказку саму надо спасать…

Замолчал Кащей, хотя при коте он все-таки оживился, надежда появилась, что все еще измениться может, что потеряно не все, а вдруг сказка хотя и больна долго и продолжительно, но скорее жива, чем мертва?

– Ладно, Кащей, я к Змею полетел, с него начнем оживлять и спасать сказку.

– А чем мертвый Змей тебе поможет? Темнишь ты, чего-то, кот.

– Из комы его выводить будем, а уж потом он поможет, – подмигнул Кащею Баюн.

Кащей прислушивался к тому, что творилось вокруг, ворона отправил следить за котом Баюном, кто его знает, что у того на уме.

Ворон вернулся и поведал, что Змея воскресить удалось.

– Баюн и мертвого поднимет, – гордо заявил белый ворон.

– А что потом?

– А потом вернулся Горыныч с целой вязанкой Сказочниц к себе в горы и доложил, что самых добрых и безнадежных он собрал и притащил, а с остальными еще можно работать, они вменяемые, может вредить перестанут, нормальные сказки писать начнут, а не такие.

№№№№№№№

Кот Бегемот взирал на дюжину добрых-предобрых сказочниц, все они были примерно средних лет, одинокие, сразу видно, что кроме сказок ничего у них не оставалось в жизни, но упрямые, как сто чертей.

Какой-то дурак им внушил (наверное, Соловей Разбойник, кто еще мог такое сотворить), что если сказки будут добрыми – предобрыми, то и мир станет добрее, и они спасут мир от зла, если перестанут его замечать, а то и вовсе уничтожат по своему велению и хотению.

Вот об этом с пеной у рта Главная сказочница Галина коту Баюну и твердила.

– Да как ты смеешь нас обвинять, сказки должны быть добрыми-предобрыми и должны всех чему-то хорошему учить. Это каждый филолог троечник знает, только ты бестолковый и тупой ничего не понимаешь.

– А того Стрелка —викинга не ты ли учила, сдается мне, что он твоих сказок наслушался, вот и пошел всех убивать от доброты беспросветной.

– Да как ты смеешь, меня всеми премиями наградили…

Галина отступила в ярости, замахнулась на кота, но рухнула в высокую траву, не без помощи, Баюна, конечно. Уж такого бесчинства кот допустить не мог, его и пять комиссаров расстрелять не могли, а чтобы добрая сказочница прибила – жизни лишила – это уж слишком.