Привратники рассвета. Сборник стихов

Я – суррогат всего, что выше сказано,

И прочего – за гранью понимания.

Я – брак, но бракоделы безнаказанно

И впредь творят… Спасибо за внимание!

Шарниры

Шарниры в поясе и коленях

Не заедают, надёжно служат.

Из поколения в поколение

Их ржа не точит и жар не сушит.

Не вспомнить ныне лихой годины,

Когда почали во зле вампиры

Хлестать бичами, сгибая спины.

И получилось… На то шарниры…

Затем, бичи осудив, попрали.

Но спины гнулись холуйски, льстиво,

К тому привыкнув, поскольку знали:

Угодным будет и кус, и пиво.

Кто похитрее – сгибался ниже,

Весь раболепья в служеньи полон.

И возносился за это выше

К «столам», «советам», а то и «тронам».

Добравшись и превратясь в тирана

(Холуй и деспот – одной природы!),

Ломает спины державших прямо.

И гнутся, рабски служа, народы.

Меняют лики антагонизмы,

Зло гримируя под благородство.

Когда б лишь это… Но верх цинизма —

Добро престола. Оно – юродство!

Бунтов и вольниц тщета бесспорна.

Напрасно буйство кровавых драк,

Пока сгибается в нас покорно

Угодник вечный – шарнирный раб.

Души

Сокрыты одеждами чуткие души.

Ни слякоть, ни холод для них не опасны.

Веками, как только добрались до суши,

Они забывали, что солнышко красно.

У них под мехами – умеренный климат.

Тепло, но не жарко, и влажности – в меру.

Они и в постели тулупы не снимут.

Мираж – нагота. Не берите на веру.

И всё же бывают такие минуты,

Когда оборвётся застёжка нежданно.

И души чихают, им так неуютно

От влаги и ветра, проникших незванно.

Но это недолго. Закрепят застежку,

Поставят горчичник, дадут аспирина.

Ещё пододенут от сглаза одёжку,

Как витязь кольчугу – душа ведь ранима.

Тщета визитёров, по души пришедших,

Извечна. Не рвитесь сквозь вату и латы.

Контакта не будет. Быть может, ушедших,

Помянут вас, мелко порвав на цитаты…

Нагая душа – как открытая рана.

И радости мало в её созерцанье.

Как в зеркале, в ней – отраженье туманов,

Кошмары трагедий, созвездий мерцанье.

Не кашель простудный. Последних агоний

Конвульсии душу нагую ломают,

На ближних взрезая автографы «молний»,

Взывая ко Свету, одежды срывают…

Неужто бывало когда-то такое,

Чтоб странник, в пути лихоимцем раздетый,

Воскликнул: «Осанна!» – во славу разбоя?

Смешны, согласитесь, надежды на это.