День божьих коровок

Огонь на тряпках был моментально потушен, дом проветрен, и все обошлось лишь отмыванием стен от копоти, всевозможной суетой, женскими ахами-охами да моими солеными матюгами для отвода души…

Так полупудель, как минимум, спас наше имущество, дом, а даже возможно – наши жизни. В общем, это не удивительно, он все-таки собака и создан для того, чтобы оберегать своих хозяев…

И вот тут на него свалились все то внимание и вся та забота, которых он недополучал всю свою жизнь – много ласки, разговоров, самых вкусных кусочков… Для него настало прекрасное время, которое он так смиренно ждал…

Но оно продлилось недолго, это свалившееся счастье, в котором он купался, как в лучах золотого солнца, наслаждаясь каждым мгновением ласки и внимания, захлебываясь им, задыхаясь от восторга… В эти последние месяцы жизни полупудель получил все, чтобы быть счастливым – его, наконец, ЛЮБИЛИ.

Но вдруг внезапно у него обнаружилась опухоль, что было вполне возможным у старого пса. Ветеринар в клинике внимательно отнесся к страдальцу, но сказал напрямую, что лечить уже поздно и бесполезно, предложил только обезболивание. Все развивалось стремительно, и после пройденного опыта с котом я и сам знал, что это конец. Пес уже походил на скелет, по утрам бедняга просыпался с кровью на пасти.

Нужно было прекращать мучения, я это понимал, еще свежи были воспоминания о коте и все пережитое за два года, когда я бегал с переносками по клиникам, день за днем вырывая кота из лап смерти.

Я был на работе, когда позвонила жена и сказала, захлебываясь от слез, что пес рвет кровью, падает, она сейчас одна дома во всем этом ужасе и уже вызвала машину, чтоб его забрали и усыпили. Тем более, я сам вчера озвучил это решение, когда мы вечером втроем совещались, что делать.

Я что-то почувствовал в тот момент… но я был занят, я… что-то пробурчал – все и так было ясно.

Я не видел, как его уводили, я был на работе. Я просто пришел домой – а пса нет. Как и не было…

Абсолютное безмолвие и внезапная пустота неожиданно и пугающе обрушилась на меня. Я с недоумением огляделся вокруг, не узнавая родных стен, как будто по ошибке забрел в чужое жилище. Никогда раньше в нашем большом доме не было так тихо.