Дом

После сумбурного второго трудового дня я сидел на подоконнике и водил пальцем по стеклу, пытаясь осмыслить происходящее. Не успел я запустить руку в пучину рефлексии, как услышал крик. Я выбежал в коридор. В одной из комнат открылась дверь. Снова раздался крик о помощи. За дверью меня ждала невеселая картина. Старушка лежала на полу с разбитой головой, рядом валялась ее клюка. Ее подруга причитала: "О господи, Ольга, – как же ты так"? Я молча стоял и не знал, что делать. Старушка подняла испуганные глаза на меня.

– Помогите, господи, помогите!

Видимо, когда старушка падала – она ударилась головой о спинку кровати.

Было много крови и она продолжала течь, образуя на полу багровый материк. Я сорвал с кровати наволочку, нагнулся к старушке, осторожно поднял ее голову и подложил сложенную ткань под нее. Кровь скопилась на полу с правой стороны от головы, очевидно, что удар пришелся в затылочную область именно с правой стороны. Я, как можно аккуратнее, но, тем не менее, сильно прижал наволочку к ране, стараясь не шевелить головы.

– Зовите Марию!

Больше я никого не знал из персонала. Старушка убежала. Я продолжал прижимать уже полностью вымокшую в крови наволочку к голове. Мозг лихорадочно воспроизводил все возможные отсылки к информации о первой помощи при черепно-мозговых травмах. Тем не менее, руководствуясь скорее не памятью, а интуицией, я решил перевернуть пострадавшую на бок, противоположный месту удара. Так как прижимать к ране наволочку теперь стало неудобно – я схватил полотенце, висевшее на стуле, и приложил его.

Старушка, приходя в себя, застонала. Я громко спросил: " Вы меня слышите"? В ответ раздался лишь стон.

– Не теряйте сознание, старайтесь концентрироваться на моем голосе. Сейчас придет помощь.

Не знаю почему, но я не придумал ничего лучше, как просто громко повторять данные слова в различных комбинациях.

– Сейчас помощь придет, помощь скоро придет, они уже идут, я послал за ними.

Я совсем потерял счет времени и счет тому – сколько раз я произнес слово помощь, когда в комнату вбежал штатный дежурный врач и Мария.

Он склонился к старушке.

– Давно она лежит?

– Не знаю, я прибежал на крик, думаю не так давно.

Он взял меня за плече.

– Все парень, спасибо, ты можешь идти, дальше мы сами.

Но, я не слышал его, и продолжал прижимать полотенце к ране. После того, как мое внимание на несколько секунд отвлекло прибытие той самой помощи, которую я так ждал, оно снова переключилось на окровавленное полотенце.