Повести, рассказы и сказки

Большинство было оболванено и в силу того, что Гитлер, конечно, обещал главное – возрождение нации и величия униженной после Первой мировой войны Германии – массы шли за ним и верили. Но то. что эта тварь сотворила на нашей земле, я никогда не прощу. Моя бабушка погибла при бомбежке в Ленинграде. И я, и мой отец рисковали своими жизнями, чтобы наказать таких, как ты, утопить в море, разгромить на земле и в воздухе. Мы защищали свою страну. А вы подло напали и что главное – сколько погубили людей в концлагерях, и городах, и селах! Нет такому прощения! – Сергей махнул рукой и тут произнес: – Но я благодарен твоему отцу за то, что он сделал для нашей семьи.

Курт тихо произнес:

– Можешь навести справки, я никогда не добивал людей после потопления судов и запрещал это делать другим. Это все мое оправдание. Меня не судили, и теперь я служу Бундесверу. Преподаю в военном училище в Киле.

К ним подошел военно-морской атташе СССР Николаев:

– Ну что, вспомнили былое, идемте лучше выпьем за ваших дам, они, по-моему, самые красивые на банкете.

А дамы настолько увлеклись разговорами, что, когда начали произносить тост в их честь, они это поняли лишь по расталкиванию их мужьями. Потом был бал, и Сергею вспомнился еще раз тот предвоенный Берлин и почему-то Ленинград, и первая встреча с Полей.

– А знаешь, Поля, наверное, это не случайно – наша с тобой встреча, и сегодняшняя встреча с Куртом и его отцом.

– Потише, по-моему, мы будем дважды папой и мамой!

А над Килем шел мягкий рождественский снег и покрывал улицы и причалы гавани, где стояли подводные лодки Германии, и он падал и на город Полярный, засыпая причалы и стоящие у них подводные лодки СССР. Грозное противостояние продолжалось, собственно, как продолжалась жизнь на Земле. Запад и Восток шли на встречных курсах, держа оружие наготове.

Сложности простой жизни

(Посвящаю моему другу Саше Захарову и всем моим друзьям детства из с. Богатое)

Глава 1

Бабушкины хитрости

Н а село опускался теплый, влажный вечер середины весны. Запах цветущей вишни стоял густой, как теплые сливки в парном молоке.